Автор: Leper_Messiah
Тема: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Уважаемые, здесь довольно длинный отчёт о вышеуказанном мероприятии. Рекомендую читать всё, но кого интересуют только частности, переходите сразу к выступлениям групп. Итак...
Концертные выступления Blind Guardian, Therion, Pain и Catharsis, объединённые в рамках мероприятия под общим названием «Hammersound Fest», анонсировались давно. Помнится, ещё в феврале я отметил день проведения – 20 мая – и место проведения – клуб Б1 Maximum – красным карандашом. Пропустить такое событие я не мог, никого из них вживую раньше не слышал, поэтому задвинул все иные концерты в районе этого дня. Собирался я, главным образом, на первые два коллектива, остальные воспринимались необременительным бонусом.
И вот, посетив данный Fest, я искренне сожалею о том, что пошёл на него, а не, скажем, на Оззи Осборна и кого-нибудь ещё. По моим подсчётам, это был мой 25-й концерт, в том числе 7-й с иностранными исполнителями. И он стал самым неудачным.
Чертовски обидно, что отличные выступления отличных коллективов были омрачены УЖАСНОЙ, БЕЗОБРАЗНОЙ, ИЗ РЯДА ВОН ВЫХОДЯЩЕЙ организацией. Такого хамского и наплевательского отношения к посетителям я не видел доселе. Заключалось оно не в том, что при обыске раздевали до трусов (нет), или что не пускали с алкоголем (неет!), или что гардероб, туалеты и бар не работали (да нет же!!!). Просто всего-навсего я, придя ко входу в клуб около 16.20, смог попасть внутрь в 19.45!!! Для справки: согласно билету открытие клуба – 15.00, начало концерта – 17.00.
Что же было на самом деле? Была мавзолейская очередь, растянувшаяся на 300 метров; после нашего прихода подошло примерно столько же человек. Продвигаться эта толпа стала в седьмом часу, примерно в 18.30, то есть через 1,5 часа после предполагаемого начала мероприятия. Как я уже говорил, внутрь клуба я попал в 19.45.
Причины задержки до сих пор неясны. Надо учитывать, что мероприятия только что состоялось, и комментарии участников не поступили. Версии задержек выдвигались самые разные: от опоздания автобусов со всеми участниками (что маловероятно) до конфликта Blind Guardian и Catharsis (что не казалось более вероятным). На данный момент мы имеем сведения от официального веб-сайта Therion http://www.darkside.ru/news/9508/ . Получается, что задержка на несколько часов произошла из-за ударной установки? Мне в эту чушь верится с трудом.
Так или иначе, когда я попал в зал, никакого Катарсиса там в помине не было (как оказалось, он вообще не участвовал), группа Pain уже выступала неизвестно какое время. Но главное – самое чертовски обидное и непонятное – выступление последних участников (товарищей из Германии) началось… в 23.15!!! Я не знаю, сколько оно продлилось, поскольку в 23.29 я покинул зал. Причина была очень простая: возвращаясь в Одинцово, я не мог позволить себе опоздать на последнюю электричку. Вот такой концерт.
Впрочем, сам концерт, что тоже обидно, выдался на славу. Никто, думаю, не произнёс бы ни одного дурного слова в случае своевременного его начала. Итак, о деталях.
В клубе Б1 Maximum я ещё ни разу не был. Представляет оно собой огромное по клубным меркам помещение бывшего (или действующего?) завода, расположенное в 7 минутах ходьбы от станции метро «Ленинский Проспект». Возможно, это самый большой клуб Москвы, значительно превосходящий не только Точку, но и Горбушку! Полный аншлаг означал количество зрителей, приближающееся к четырём тысячам («на глазок»). Большой танцпол (билеты – 1500-1870р. в зависимости от времени и места покупки), хороший звук (у сцены и не только), два больших экрана по бокам от сцены, пожаловаться не на что. При входе представитель охраны вкрадчиво интересовался наличием газового баллончика или ножа, что подразумевало существование хранилище для них (большой плюс!). Мерчендайзинг, о существовании которого я вспомнил, лишь покидая клуб, порадовал разнообразием дисков и огорчил однообразием футболок.
PAIN. Полный сет их я не услышал по вышеуказанным причинам. Однако все три известные мне хитовые песни (включая On And On, Shut Your Mouth и последний радийный хит) прозвучали. Питер Тантгрен играл на чёрной гитаре, напоминающей LTD Eclipse, техникой не поразил, но порадовал настроем и общением публикой (People, if you don’t like our new song, you’re just hate me). Вторая гитара была по форме Jackson RR. Барабанщик восседал за двубочечной установкой Sonor, однако особенным чем-то себя не проявил, немного однообразно стуча по малому барабану первую долю почти весь концерт. Во время концерта звучала фонограмма (sic!), надеюсь, только синтовая и электронная. Выступление можно признать хорошим; к поклонникам этой группы я себя никогда не относил, но зрелище было.
THERION. Первый аргумент в пользу того, чтобы купить билет на концерт. И ребята не разочаровали. На их сайте есть информация, что сет был сокращённым. Однако он составил 1,5 часа, что порадовало всех любителей коллектива.
Как известно, в этой группе много вокалистов, они довольно часто меняются. Год назад Кристофер Йонссон, основатель коллектива прекратил петь, сосредоточившись на гитаре, хотя сейчас к микрофону временами подходил, говоря разные вещи. Вокалистов сейчас в группе 4 (2М+2Ж, простите за порнотермин). Поэтому интересно было сравнивать их друг с другом, тем более что они явно соревновались между собой. Скоро Матс Левен, один из них, группу покинет, и будет другой; полноценными участниками эти исполнители не являются. Так или иначе, смотрелись все четверо достойно. Тот же Левен время от времени играл на гитаре, другой парень (в гриме и костюме мальчика-трубадура из фильма «Приключения Электроника» J))) ) отчаянно жестикулировал. Было видно, что оба привыкли играть роль первой скрипки. Девушки тоже понравились, хотя одна явно больше выделялась в плане вокала (оперный), другая больше кадрила зрителей «игривым» взглядом.
Гитаристы (Gibson Les Paul и старт от Ibanez) жгли, часто меняя гитары (Йонссон) и переключаясь с чистого звука на дисторшн и обратно. Басист (Fender) был хорошо слышен, но за рамки приличия не выходил. Забавно было посмотреть на ударную установку. На единственной бочке большими буквами от руки было написано ТАМА. Что ж, видно, технические проблемы действительно имели место, раз такой группе пришлось играть практически на самопале.
Сет-лист, как я могу судить, включал в себя песни с последних и не очень альбомов, но откровенной тяжести типа песен с Of Darkness... не было. Опять же присутствовала фанера, впрочем, она компенсировала отсутствие ещё 20 человек, за что ей спасибо.
BLIND GUARDIAN. А что Blind Guardian? Перерыв между выступлениями шведов и немцев составил 40 (!!!) минут. За это время выкатили двубочечную установку ТАМА (которая раньше, видимо, заменяла задник на сцене) и проверили гитару и клавиши. ВСЁ!
В общем, робяты, когда группа, наконец-то соизволила выйти и начала исполнять Into The Storm, у меня радости не было никакой. Мы с подругой послушали две песни и стали пробираться к выходу. Знаете, я уверен, что те, кто дослушал до конца, были очень довольны услышанным. Ханси показал знание русского (spassiba, dosvidan’a), он был в неплохой форме, музыканты играли с настроением. Именной этой группы я ждал больше всего. И я не смог её послушать. Из-за того, что они делили установку? Да плевал я не это всё! Состав участников был известен за три месяца, организаторы (JC-SOUND) должны были всё это предусмотреть! В юридической науке это называется ненадлежащим исполнением обязательства. В общем, как говорится, будем ставить вопрос о неполном служебном соответствии. Но это потом.
А покидал я концерт под звуки Nightfall (при этом на экранах изображалась обложка альбома). Переслушиваю сейчас его, в том числе Into The Storm и понимаю, чего именно меня лишили.
В общем, резюмируем. У меня нет ни малейшей претензии к тому, что происходило на сцене во время выступлений. Но я просто не понимаю, какого чёрта я отдал 1870р. за полтора выступления вместо четырёх! Так, робяты, дела не делаются. А с JC Sound я ещё спрошу…
Концертные выступления Blind Guardian, Therion, Pain и Catharsis, объединённые в рамках мероприятия под общим названием «Hammersound Fest», анонсировались давно. Помнится, ещё в феврале я отметил день проведения – 20 мая – и место проведения – клуб Б1 Maximum – красным карандашом. Пропустить такое событие я не мог, никого из них вживую раньше не слышал, поэтому задвинул все иные концерты в районе этого дня. Собирался я, главным образом, на первые два коллектива, остальные воспринимались необременительным бонусом.
И вот, посетив данный Fest, я искренне сожалею о том, что пошёл на него, а не, скажем, на Оззи Осборна и кого-нибудь ещё. По моим подсчётам, это был мой 25-й концерт, в том числе 7-й с иностранными исполнителями. И он стал самым неудачным.
Чертовски обидно, что отличные выступления отличных коллективов были омрачены УЖАСНОЙ, БЕЗОБРАЗНОЙ, ИЗ РЯДА ВОН ВЫХОДЯЩЕЙ организацией. Такого хамского и наплевательского отношения к посетителям я не видел доселе. Заключалось оно не в том, что при обыске раздевали до трусов (нет), или что не пускали с алкоголем (неет!), или что гардероб, туалеты и бар не работали (да нет же!!!). Просто всего-навсего я, придя ко входу в клуб около 16.20, смог попасть внутрь в 19.45!!! Для справки: согласно билету открытие клуба – 15.00, начало концерта – 17.00.
Что же было на самом деле? Была мавзолейская очередь, растянувшаяся на 300 метров; после нашего прихода подошло примерно столько же человек. Продвигаться эта толпа стала в седьмом часу, примерно в 18.30, то есть через 1,5 часа после предполагаемого начала мероприятия. Как я уже говорил, внутрь клуба я попал в 19.45.
Причины задержки до сих пор неясны. Надо учитывать, что мероприятия только что состоялось, и комментарии участников не поступили. Версии задержек выдвигались самые разные: от опоздания автобусов со всеми участниками (что маловероятно) до конфликта Blind Guardian и Catharsis (что не казалось более вероятным). На данный момент мы имеем сведения от официального веб-сайта Therion http://www.darkside.ru/news/9508/ . Получается, что задержка на несколько часов произошла из-за ударной установки? Мне в эту чушь верится с трудом.
Так или иначе, когда я попал в зал, никакого Катарсиса там в помине не было (как оказалось, он вообще не участвовал), группа Pain уже выступала неизвестно какое время. Но главное – самое чертовски обидное и непонятное – выступление последних участников (товарищей из Германии) началось… в 23.15!!! Я не знаю, сколько оно продлилось, поскольку в 23.29 я покинул зал. Причина была очень простая: возвращаясь в Одинцово, я не мог позволить себе опоздать на последнюю электричку. Вот такой концерт.
Впрочем, сам концерт, что тоже обидно, выдался на славу. Никто, думаю, не произнёс бы ни одного дурного слова в случае своевременного его начала. Итак, о деталях.
В клубе Б1 Maximum я ещё ни разу не был. Представляет оно собой огромное по клубным меркам помещение бывшего (или действующего?) завода, расположенное в 7 минутах ходьбы от станции метро «Ленинский Проспект». Возможно, это самый большой клуб Москвы, значительно превосходящий не только Точку, но и Горбушку! Полный аншлаг означал количество зрителей, приближающееся к четырём тысячам («на глазок»). Большой танцпол (билеты – 1500-1870р. в зависимости от времени и места покупки), хороший звук (у сцены и не только), два больших экрана по бокам от сцены, пожаловаться не на что. При входе представитель охраны вкрадчиво интересовался наличием газового баллончика или ножа, что подразумевало существование хранилище для них (большой плюс!). Мерчендайзинг, о существовании которого я вспомнил, лишь покидая клуб, порадовал разнообразием дисков и огорчил однообразием футболок.
PAIN. Полный сет их я не услышал по вышеуказанным причинам. Однако все три известные мне хитовые песни (включая On And On, Shut Your Mouth и последний радийный хит) прозвучали. Питер Тантгрен играл на чёрной гитаре, напоминающей LTD Eclipse, техникой не поразил, но порадовал настроем и общением публикой (People, if you don’t like our new song, you’re just hate me). Вторая гитара была по форме Jackson RR. Барабанщик восседал за двубочечной установкой Sonor, однако особенным чем-то себя не проявил, немного однообразно стуча по малому барабану первую долю почти весь концерт. Во время концерта звучала фонограмма (sic!), надеюсь, только синтовая и электронная. Выступление можно признать хорошим; к поклонникам этой группы я себя никогда не относил, но зрелище было.
THERION. Первый аргумент в пользу того, чтобы купить билет на концерт. И ребята не разочаровали. На их сайте есть информация, что сет был сокращённым. Однако он составил 1,5 часа, что порадовало всех любителей коллектива.
Как известно, в этой группе много вокалистов, они довольно часто меняются. Год назад Кристофер Йонссон, основатель коллектива прекратил петь, сосредоточившись на гитаре, хотя сейчас к микрофону временами подходил, говоря разные вещи. Вокалистов сейчас в группе 4 (2М+2Ж, простите за порнотермин). Поэтому интересно было сравнивать их друг с другом, тем более что они явно соревновались между собой. Скоро Матс Левен, один из них, группу покинет, и будет другой; полноценными участниками эти исполнители не являются. Так или иначе, смотрелись все четверо достойно. Тот же Левен время от времени играл на гитаре, другой парень (в гриме и костюме мальчика-трубадура из фильма «Приключения Электроника» J))) ) отчаянно жестикулировал. Было видно, что оба привыкли играть роль первой скрипки. Девушки тоже понравились, хотя одна явно больше выделялась в плане вокала (оперный), другая больше кадрила зрителей «игривым» взглядом.
Гитаристы (Gibson Les Paul и старт от Ibanez) жгли, часто меняя гитары (Йонссон) и переключаясь с чистого звука на дисторшн и обратно. Басист (Fender) был хорошо слышен, но за рамки приличия не выходил. Забавно было посмотреть на ударную установку. На единственной бочке большими буквами от руки было написано ТАМА. Что ж, видно, технические проблемы действительно имели место, раз такой группе пришлось играть практически на самопале.
Сет-лист, как я могу судить, включал в себя песни с последних и не очень альбомов, но откровенной тяжести типа песен с Of Darkness... не было. Опять же присутствовала фанера, впрочем, она компенсировала отсутствие ещё 20 человек, за что ей спасибо.
BLIND GUARDIAN. А что Blind Guardian? Перерыв между выступлениями шведов и немцев составил 40 (!!!) минут. За это время выкатили двубочечную установку ТАМА (которая раньше, видимо, заменяла задник на сцене) и проверили гитару и клавиши. ВСЁ!
В общем, робяты, когда группа, наконец-то соизволила выйти и начала исполнять Into The Storm, у меня радости не было никакой. Мы с подругой послушали две песни и стали пробираться к выходу. Знаете, я уверен, что те, кто дослушал до конца, были очень довольны услышанным. Ханси показал знание русского (spassiba, dosvidan’a), он был в неплохой форме, музыканты играли с настроением. Именной этой группы я ждал больше всего. И я не смог её послушать. Из-за того, что они делили установку? Да плевал я не это всё! Состав участников был известен за три месяца, организаторы (JC-SOUND) должны были всё это предусмотреть! В юридической науке это называется ненадлежащим исполнением обязательства. В общем, как говорится, будем ставить вопрос о неполном служебном соответствии. Но это потом.
А покидал я концерт под звуки Nightfall (при этом на экранах изображалась обложка альбома). Переслушиваю сейчас его, в том числе Into The Storm и понимаю, чего именно меня лишили.
В общем, резюмируем. У меня нет ни малейшей претензии к тому, что происходило на сцене во время выступлений. Но я просто не понимаю, какого чёрта я отдал 1870р. за полтора выступления вместо четырёх! Так, робяты, дела не делаются. А с JC Sound я ещё спрошу…
неосилил.. но есть ссылко:
http://www.musicforums.ru/metalmusic/browse_thread.php?bn=mfor_metalmusic&thread=1179775685&replies=11
http://www.musicforums.ru/metalmusic/browse_thread.php?bn=mfor_metalmusic&thread=1179775685&replies=11
Автор: Leper_Messiah
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Кабал: раз платят деньги, должна быть организация. Как на них воздействовать, вот вопрос. Думаю, несколько исков и выплата неустойки всем зрителям за отсутствие Катарсиса их отрезвят. Как вариант.
Vampyre: Горбушка была побольше Точки. В Точке 1,5 тысячи человек могут разместиться, в Горбушке - больше 2-х.
Satyric: поместились в итоге все, сатириконовская толпа тоже влезла бы.
Ezoptron: не знаешь, во сколько они закончили? Или когда сам ушёл?
Vampyre: Горбушка была побольше Точки. В Точке 1,5 тысячи человек могут разместиться, в Горбушке - больше 2-х.
Satyric: поместились в итоге все, сатириконовская толпа тоже влезла бы.
Ezoptron: не знаешь, во сколько они закончили? Или когда сам ушёл?
Автор: Leper_Messiah
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Автор: Leper_Messiah
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Автор: Dart Scarsson
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Автор: Dart Scarsson
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Автор: Leper_Messiah
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
На самом деле рассматривалась идея судебного возмещения. То есть: выступления одной группы не состоялось (-25% стоимости), выступление второй группы невозможно было посмотреть технически (оно было до 1.00, метро не ходит; спорно, но можно доказывать) (-25%), некий "моральный ущерб" (?00%). Если хотим исправлять ситуацию, то спрашивать с организаторов и воздействовать на них нужно таким образом.
Однако мы читаем официальные ИЗВИНЕНИЯ организаторов. Такого раньше не припомню, так что этот факт радует. Действительно накладки объяснены, выглядят правдоподобно (ладно уж, поверим на слово). И ГЛАВНОЕ - идея насчёт скидок на следующее мероприятие я нахожу единственно верной в данном случае.
Однако мы читаем официальные ИЗВИНЕНИЯ организаторов. Такого раньше не припомню, так что этот факт радует. Действительно накладки объяснены, выглядят правдоподобно (ладно уж, поверим на слово). И ГЛАВНОЕ - идея насчёт скидок на следующее мероприятие я нахожу единственно верной в данном случае.
Автор: Ezoptron
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
вот перевод позиции Териона...
Часть I
2007-05-24
Поскольку было много разговоров и заявлений от организаторов по поводу произошедшего, я чувствую обязанность объяснить то, что на самом деле произошло.
Я бы хотел чтобы был способ высказать всё это покороче, но для того чтобы дать людям полную картину, я пишу этот детальный рассказ о том, что на самом деле случилось в России и всю подоплеку.
Когда ваше шоу полностью проваливается и вы теряете кучу денег на этом (в Москве пришло 2500, когда они ожидали 4000), и тысячи людей смотрят на вас со злобой, то конечно же находится ##### отпущения. Особенно, если ты можешь написать по-русски, а этот человек по-русски не понимает, ты не ожидаешь, что он станет защищаться. И конечно же все «знают», что музыканты – требовательные звёзды, из-за которых возникает куча всяких разных проблем и задержек на голову бедных, работающих в поту лица организаторов. Как Аксель Роуз - когда он в плохом настроении, концерт задерживается на несколько часов, или эти музыканты-алкоголики, которые насколько пьяны что не могут разобраться со своим барахлом и выйти на сцену вовремя. Что ж, верьте или нет, но большинство из нас на самом деле не такие. Мы часто миримся с такими вещами, о которых вы никогда не подумаете, что большая группа на это согласится, и я так много раз слышал от разных людей, что они удивлены, насколько мы совершенно «нормальные люди». Мы летаем туристическим классом или даже на бюджетных авиалиниях типа Ryan Air на наши концерты, едим нормальную еду и нормально одеваемся (в случае, если кто-то думает, что у нас персональные самолеты, что мы едим русскую икру на завтрак и одеваемся у того же портного, что и Элтон Джон). Я – единственный член группы, у которого есть машина, и мы все живем в обычных квартирах на скучных окраинах. Просто, возможно, вам будет приятно это знать, если вы случано один из тех, кто стоял и ждал концерта в течение 4х часов и думал, из-за чего же эта задержка:
А – группа заканчивает свое заседание за шампанским и икрой на берегу водоема, и это займет еще некоторое время – уж очень шампанское вкусное!
или
B – возможно, это из-за технических проблем, и что техники группы – герои дня, делающие всё, чтобы шоу состоялось.
Я помню только ЕДИНСТВЕННЫЙ раз, когда МЫ отменили свое выступление (концерты, отменяющиеся из-за поломки автобуса и т.д., что не давало нам возможности добраться до места вовремя, или концерты, отмененные организаторами по другим причинам – не в счет). Это было в Ливорно, Италия, в 1998 году в туре в поддержку альбома Vovin. Сцена была около 15 см высотой и настолько мала, что когда на ней размещали ударную установку, не оставалось места для группы. Промоутер планировал, что группа будет размещаться на полу (!) и играть, стоя прямо перед аудиторией! Усилители были такого же типа, как у какой-то средненькой демо-группы в ее репетиционной комнате, и не стоило ожидать ничего хорошего от вокала – даже для ОДНОГО певца (а у Териона в том туре было 4). На 28 человек включая техников и водителей было предоставлено 2 упаковки по 6 банок кока-колы и одна тарелка с сэндвичами. Не хватало даже на то, чтобы просто каждый из нас взял по напитку или куску еды.
Организатор нарушил вообще все вообразимые условия контракта, и были бы чудовищные осложнения, если бы концерт состоялся, и мы (Терион и Мунспел, которые также были с нами в этом туре) решили не выступать и уехать. После того как мы уехали, промоутер говорил фэнам, которые приехали издалека на этот концерт, и объяснил им, какие мы большие рок-звезды и что он предоставил нам «всё что можно представить», но нам ничем нельзя было угодить, и мы уехали. Он сказал, что он работал с Deep Purple и те были счастливы, а вот Therion и Moonspell имели особые запросы…
Сегодня я испытал де жа вю, когда читал перевод того, что написал российский организатор про московский концерт в прошлое воскресенье. Я думал об итальянском Ливорно. Конечно, всё было не так плохо как там и, в конце концов, мы решили отыграть концерт. И хотя (как обычно) предоставить нормальную вегетарианскую еду оказалось труднее, чем заставить свинью летать, я не могу пожаловаться на питание тех из нас, кто не вегетарианцы, они были накормлены хорошо. Но принцип винить группу (и менеджмент) за «плохое поведение», пытаясь оправдать себя, не выполнив при этом многих оговоренных пунктов и испортить всё – тот же самый.
Так почему же концерт был задержан?
Причина задержки 1: Когда наши техники и звукоинженер приехали на место проведения концерта утром, на сцене стояли МАШИНЫ! На предыдущий день была какая-то выставка и никто их не убрал. Конечно они не могли начать устанавливать наше оборудование на сцену, заполненную машинами. Или может быть мы должны были поставить ударные на одно из задних сидений, а вокалиста – на крышу машины?
Причина задержки 2: Как в случае многих стран с плохой экономикой, большая часть оборудования просто не работала, или давала много сбоев. Поиск нового оборудования и специальных решений для того чтобы всё заработало, занимает время. Это не то, за что мы платим нашим техникам деньги (чинить сломанную технику), но это то, что они всё равно должны делать каждый раз, когда мы оказывается в странах, где организаторы делают не согласно тому, с чем они формально согласились, подписывая контракт и получая технический райдер. Единственный путь как этого избежать – стать такими известными, что нами заинтересуются промоутеры, привозящие U2, Ozzy, Metallica и подобные команды, или же просто отказываться играть в этих странах, где подобные вещи случаются. Мы хотим выступать, так что нам приходиться мириться с этой реальностью и в будущем.
Обуждения касательно отмены выступления Терион не стоили бы и пяти минут задержки. Мы обсуждали всё это в то время, когда наши техники работали с оборудованием, и ничего не останавливалось из-за этого. Либо организатор лжет, либо он просто не понимает, что происходит (я предполагаю последнее).
Часть II
О чем же тогда шла речь (по поводу отмены)?
Изначально меня спросили, хотим ли мы снова играть в Москве, и я конечно принял это предложение, ведь играть там всегда было ПРОСТО ЗДОРОВО. Примерно в это же время было предложено, что мы можем сыграть на одной сцене с Blind Guardian. Нам должны были заплатить столько же и мы должны отыграть наше обычное выступление, просто это означает, что концертный зал будет больше, и публика – более многочисленная. Почему бы нет, выглядело как неплохая идея.
За месяц до концерта я узнал, что Pain также будут там играть. Не от нашего агента (это скорее всего его вина, а не организаторов), а он Кристиана, который встретил Питера из Пэйн. Это меня обеспокоило, так как я знал о частых технических проблемах в России. И позже наш агент сказал нам, что у нас будет примерно 1,5 часа, так это «фестиваль». Я мог бы сделать из этого проблему, так как мы договаривались на полноценное выступление Терион на одной сцене с BG, а не о фестивале. Но я согласился и на это, так как подумал, что это будет великолепный концерт в огромном зале, где мы сможем закатить такое шоу, которое поразит всех (оказалось же, что мы играли в меньшем зале и при том же количестве публики, как в поледний раз когда мы были хедлайнерами).
Мы подали документы на российскую визу и после кучи проблем и путаницы (так как промоутеры конечно же прислали нам не те бумаги!), после прошествия долгого времени, у нас не было больше никакой информации от организаторов, наш тур-менеджер за неделю до шоу сказал, «единственное, что подтверждено, - рейсы, которые вы сами же забронировали, и название отеля, в котором мы останавливаемся». Когда перевод денег не произошел (организаторы должны оплатить большую часть гонорара на счет в нашем банке вперед как гарантию за потраченные деньги на перелет, в случае отмены концерта), то этого, вкупе с отсутствием каких-либо сигналов от промоутеров о технических вещах, было вполне достаточно для любого агента для отмены выступления. Тем не менее, было решено идти вперед, и мы согласились получить деньги за концерт наличными вперед в день прилета (за день до выступления), чтобы избежать отмены. За три дня до концерта мы получили техническую информацию с размерами сцены, и наши звукоинженеры и тур-менеджер донесли до меня, что со всеми этими командами и с учетом того, что ударная установка Blind Guardian должна быть установлена сразу без последующего перемещения, нам придется ставить наши ударные впереди их. Я принципиально был с этим не согласен, на нашем прошлом выступлении в Москве мы собрали 2500 человек, блайнды – 2800. Мы не разогрев, даже если они круче, и у нас много декораций, которые будут смотреться весьма странно, если их установка будет стоять позади нашей. А когда мне стало понятно, что размер сцены подходит разве что для клубного концерта, а не для фестиваля, и что мы будем располагаться на пространстве 1-1,5 метра левее и спереди ударных, если мы поставим их впереди блайндовских (и туда же надо будет еще поставить мониторы!), я просто решил отказаться. Мы бы объявили это за несколько дней вперед, и те кто хотел, мог бы не ехать и сдать билеты.
Агент убедил меня, что надо выступать при условии что сцена будет расширена на 2 метра и что мы сможем решить большинство проблем.
Тогда мы полетели, и я потратил 22 евро (30$) за каждый килограмм превышения веса багажа за оба полета. Только задняя декорация весит более 25 кг. Одна гитара в чехле весит 18 кг. Ящик с кабелями, педальными панелями и другими нужными для концерта штуками, весит 35-40 кг. Так что учтите, сколько нам стоило привезти все декорации, сценические украшения и остальное, когда будете читать дальше.
Организатор обещал заплатить обеим командам в вечер прилета, так как не перевел деньги на счет, как было договорено ранее, но он этого не сделал. Многие группы отказались бы после того, как промоутер нарушил два раза условленное время платежа. Мы решили довериться ему, поскольку уже работали с ним два раза без каких-либо проблем.
Когда техники приехали в зал, стало понятно, что усилители все присоединены к стене и не могут быть сдвинуты вперед, и нет места, чтобы углубить сцену назад. Если бы мы расширили ее вперед, туда, где стоят усилители, то непонятно было бы, куда девать вокалистов, так как мы бы получили сплошное гудение микрофонов, находящихся около колонок. Так что мы вернулись к ситуации со сценой 10 х 6 метров. Тогда (это было утром) я прояснил, что я не буду выступать в таких условиях. У нас не будет возможности использовать декорации вообще, у певцов не будет никаких подиумов, вместо этого они будут вынуждены стоять на полу сзади нас (и публика не сможет их увидеть, кроме тех моментов, когда они солируют и выходят вперед).
Терион образца 2007 года – это не просто группа, играющая музыку, мы делаем полноценное шоу, это больше похоже на метал-оперу. Сравните, как Терион выглядел в Москве с этой фотографией из Голландии:
Часть III
Это фото показывает, каким ПРЕДПОЛАГАЛСЯ концерт и в Москве, когда я изначально согласился на выступление. На мой взгляд, было бы лучше отменить всё, а потом вернуться позже и устроить всё подходящим образом, чем делать дерьмовое шоу (ну возможно, некоторым из вас оно всё равно понравилось, но представьте, насколько лучше всё прошло бы при полноценном выступлении).
Я встретился с Ханзи из Blind Guardian и нашим общим агентом. Я предложил ради спасения всего дня убрать ударные Blind Guardian после саундчека, поставить на это место наши ударные, а потом перед выходом Blind Guardian снова поставить их установку. Так мы поступали, когда выступали с Grave Digger, и это срабатывало. У Ханзи были некоторые сомнения на этот счет, поскольку он боялся, что это "может изменить звук ударных в их ушных мониторах". Я тоже использую ушные мониторы (как и большинство остальных участников Therion) и, зная, что Blind Guardian использует свои микрофоны для ударных (как и в нашем туре с Грэйв Диггером), я мог бы поручиться, что риск появления заметных изменений невообразимо мал, да и вообще отсутствует. Если уж на то пошло, звук в любом случае немного изменяется, когда ты выходишь на сцену при полном зале, так как публика поглощает большую часть звука, отражаемого стенами пустого зала на саундчеке.
Мы позвали персонал и спросили об этом, и Питер (лучший техник на планете, чёрт возьми) сказал, что так можно сделать, но признал, что это может негативно отразиться на звуке. Ханзи согласился, когда стало ясно, что альтернатива - отмена выступления Therion. Однако, это привело бы к гораздо более длительному перерыв между группами, что означает намного больше работы для персонала (которому мы согласились платить двойную зарплату на этот случай), и в этом случае не оставалось бы времени для какой-либо из других групп, так как технические проблемы зала, с которыми столкнулся персонал, казались бесчисленными (например, было несколько отключений питания, и целый усилитель вышел из строя).
Мы несколько часов ждали в отеле, пока Blind Guardian проводили саундчек. Когда нас, наконец, привезли в зал, Ханзи сказал, что "не было места", куда убрать их ударные. Там было место, за сценой. Когда я отметил это, он сказал, что звук изменится, так что мне стало ясно, что он просто передумал, и что ему всё равно, что он обещал перед этим. Либо был кто-то другой из их группы, кто был не доволен обещанием Ханзи, и заставил его отменить обещание.
Тогда я вышел на сцену, проверил, как всё будет выглядеть и мне стало совершенно ясно, что мы не сможем сделать какие-либо сценарные постановки, и что абсолютно всё было полностью про*бано, мы должны будем выйти на сцену как какой-нибудь долбанный разогрев, и что все декорации, за привоз которых я заплатил, будут просто лежать за сценой. Я вернулся за кулисы и сказал, что я хотел отменить выступление при таких условиях, а Ханзи дал ясно понять, что отсутствие риска* для Blind Guardian получить другой* звук в ушных мониторах гораздо важнее, чем выступление Therion (что довольно примечательно, поскольку если они не видели смысла в том, чтобы мы играли, приводили зрителей, то почему они согласились на организацию, при которой обе команды выступают на правах хэдлайнера?).
*заметьте: "рисковали" и "другой". Не было никакой уверенности, что звук будет другим, и кроме того "по-другому" - не значит "хуже".
Тогда я сказал Ханзи, что всё отменю, а он дал понять, что он ставит звук ударных Blind Guardian в его мониторах выше, чем выступление Therion.
Я уже был готов выйти на улицу и сказать людям, что мы всё отменяем, и сказать, почему. Но я решил сперва поговорить с группой. Я понимал, что я, возможно, слишком зол для принятия хороших решений, так что я сказал Кристиану, что лично я голосую за отмену, и пусть группа решает. Они решили, что мы будем играть.
Пожалуйста, заметьте, что если бы выступление было бы отменено, мне бы пришлось оплатить авиабилеты, дополнительный вес багажа, российские визовые сборы и некоторое количество других затрат из своего собственного кармана. И я не стал бы делать этого, если бы у меня не было на то веских причин.
Все были в отвратительном настроении (особенно я, кто также не мог получить надлежащей еды, они «забыли» заказать вегетарианскую пиццу, и обычная еда состояла из четырех кусков вареного перца + какие-то украшения из двух брокколи, так что я вынужден был наблюдать, как все остальные едят по-настоящему вкусную еду + у них была еще пицца, если они захотят добавки – только за несколько минут до того, как мне надо было выходить на сцену, доставили вареный рис с какими-то овощами в картонной коробке), и поэтому мы отыграли не особенно хорошо. Не было никакой мотивации, просто сделать это и свалить оттуда к чертовой матери. У нас была сильно детализированная хореография, привязанная ко всему шоу, которое мы показываем на сегодняшний день, и это был просто настоящий хаос, никто не знал, куда и как ему двигаться в этом беспорядке на сцене, и в довершение всего организатор не дал нашим техникам запасную гитару, так что при изменении в настройке я был вынужден ждать, пока техник заново настроит мою гитару, очень профессионально. Так как этого было недостаточно, просто чтобы добавить перца, там не было ремня для гитары Мэта, это была веревка (!), и чтобы придать этому худшему в Мировом Туре 2007 года концерту недосягаемый статус на самом дне, мой гитарный техник совершил худшую ошибку, которую мой техник вообще когда-либо совершал, он настроил струну B (си-бемоль) как C# (до-диез) (это возможно не особенно много значит для тех, кто не играет на инструменте, но представьте, что какие-то из клавиш на вашей клавиатуре перемешались, так что например все “E” стали “X” и все “O” стали “B”, и когда вы пишете “hello”, получается “hxllb”, представьте, что всё это произойдет с гитарными звуками). Мне пришлось импровизировать, чтобы это скрыть, и это полностью довершило горечь наблюдения, как концерт, который должен был быть при нормальном раскладе в пятерке лучших концертов тура, стал самым худшим.
С настоящего момента, когда мы будем играть в странах "проблемного" типа, мы будем всегда играть одни, без других групп (до или перед нами). Цена, которую вы, парни, платите за свои билеты, по сравнению с вашими доходами, - такая же или даже больше, чем платят люди в Западной Европе. Так что за свои деньги вы заслуживаете такие же хорошие впечатления от концерта, а не какой-нибудь низкобюджетный вариант b- или c- класса. Я чувствую ответственность за то, чтобы дать вам первоклассное представление, и поэтому я был готов понести экономические потери, связанные с отменой концерта и возращением с сольным шоу через какое-то время. Теперь, мы отыграли этот ужасный концерт, и расписание концертов(с другим промоутером) забито на весь остаток года, после чего я планировал взять годовой отпуск, а в год после этого мы будем записывать наш новый альбом, так что следующий шанс для достойного выступления в России у нас будет только в 2010 году.
Все недовольные концертом и те, кто хочет избавиться от переживаний, могут направить свои претензии организатору, который всё прое***.
С другой стороны, если вы хотите поприветствовать некоторых великих музыкантов, полностью лишённых проблем эгоизма и с абсолютно надменным взглядом на свой образ, также подарите розы и свое восхищение группе Blind Guardian, поздравляя их с исключительно выдающимся благородством и пониманием дружбы, не говоря уж о продемонстрированной ими великолепной честности. Они круче, чем Metallica, у них более сложная музыка чем у Dream Theater и Meshuggah, и более выверенный звук, чем у Pink Floyd - при этом они СТОЛЬКИМ пожертвовали, что бы помочь нашей маленькой группе, что бы мы разогрели сцену для них - единственной группы, которую люди хотели видеть тем вечером. Иногда слова "спасибо" просто недостаточно…
Перевод Flying
www.blind-guardian.ru
Часть I
2007-05-24
Поскольку было много разговоров и заявлений от организаторов по поводу произошедшего, я чувствую обязанность объяснить то, что на самом деле произошло.
Я бы хотел чтобы был способ высказать всё это покороче, но для того чтобы дать людям полную картину, я пишу этот детальный рассказ о том, что на самом деле случилось в России и всю подоплеку.
Когда ваше шоу полностью проваливается и вы теряете кучу денег на этом (в Москве пришло 2500, когда они ожидали 4000), и тысячи людей смотрят на вас со злобой, то конечно же находится ##### отпущения. Особенно, если ты можешь написать по-русски, а этот человек по-русски не понимает, ты не ожидаешь, что он станет защищаться. И конечно же все «знают», что музыканты – требовательные звёзды, из-за которых возникает куча всяких разных проблем и задержек на голову бедных, работающих в поту лица организаторов. Как Аксель Роуз - когда он в плохом настроении, концерт задерживается на несколько часов, или эти музыканты-алкоголики, которые насколько пьяны что не могут разобраться со своим барахлом и выйти на сцену вовремя. Что ж, верьте или нет, но большинство из нас на самом деле не такие. Мы часто миримся с такими вещами, о которых вы никогда не подумаете, что большая группа на это согласится, и я так много раз слышал от разных людей, что они удивлены, насколько мы совершенно «нормальные люди». Мы летаем туристическим классом или даже на бюджетных авиалиниях типа Ryan Air на наши концерты, едим нормальную еду и нормально одеваемся (в случае, если кто-то думает, что у нас персональные самолеты, что мы едим русскую икру на завтрак и одеваемся у того же портного, что и Элтон Джон). Я – единственный член группы, у которого есть машина, и мы все живем в обычных квартирах на скучных окраинах. Просто, возможно, вам будет приятно это знать, если вы случано один из тех, кто стоял и ждал концерта в течение 4х часов и думал, из-за чего же эта задержка:
А – группа заканчивает свое заседание за шампанским и икрой на берегу водоема, и это займет еще некоторое время – уж очень шампанское вкусное!
или
B – возможно, это из-за технических проблем, и что техники группы – герои дня, делающие всё, чтобы шоу состоялось.
Я помню только ЕДИНСТВЕННЫЙ раз, когда МЫ отменили свое выступление (концерты, отменяющиеся из-за поломки автобуса и т.д., что не давало нам возможности добраться до места вовремя, или концерты, отмененные организаторами по другим причинам – не в счет). Это было в Ливорно, Италия, в 1998 году в туре в поддержку альбома Vovin. Сцена была около 15 см высотой и настолько мала, что когда на ней размещали ударную установку, не оставалось места для группы. Промоутер планировал, что группа будет размещаться на полу (!) и играть, стоя прямо перед аудиторией! Усилители были такого же типа, как у какой-то средненькой демо-группы в ее репетиционной комнате, и не стоило ожидать ничего хорошего от вокала – даже для ОДНОГО певца (а у Териона в том туре было 4). На 28 человек включая техников и водителей было предоставлено 2 упаковки по 6 банок кока-колы и одна тарелка с сэндвичами. Не хватало даже на то, чтобы просто каждый из нас взял по напитку или куску еды.
Организатор нарушил вообще все вообразимые условия контракта, и были бы чудовищные осложнения, если бы концерт состоялся, и мы (Терион и Мунспел, которые также были с нами в этом туре) решили не выступать и уехать. После того как мы уехали, промоутер говорил фэнам, которые приехали издалека на этот концерт, и объяснил им, какие мы большие рок-звезды и что он предоставил нам «всё что можно представить», но нам ничем нельзя было угодить, и мы уехали. Он сказал, что он работал с Deep Purple и те были счастливы, а вот Therion и Moonspell имели особые запросы…
Сегодня я испытал де жа вю, когда читал перевод того, что написал российский организатор про московский концерт в прошлое воскресенье. Я думал об итальянском Ливорно. Конечно, всё было не так плохо как там и, в конце концов, мы решили отыграть концерт. И хотя (как обычно) предоставить нормальную вегетарианскую еду оказалось труднее, чем заставить свинью летать, я не могу пожаловаться на питание тех из нас, кто не вегетарианцы, они были накормлены хорошо. Но принцип винить группу (и менеджмент) за «плохое поведение», пытаясь оправдать себя, не выполнив при этом многих оговоренных пунктов и испортить всё – тот же самый.
Так почему же концерт был задержан?
Причина задержки 1: Когда наши техники и звукоинженер приехали на место проведения концерта утром, на сцене стояли МАШИНЫ! На предыдущий день была какая-то выставка и никто их не убрал. Конечно они не могли начать устанавливать наше оборудование на сцену, заполненную машинами. Или может быть мы должны были поставить ударные на одно из задних сидений, а вокалиста – на крышу машины?
Причина задержки 2: Как в случае многих стран с плохой экономикой, большая часть оборудования просто не работала, или давала много сбоев. Поиск нового оборудования и специальных решений для того чтобы всё заработало, занимает время. Это не то, за что мы платим нашим техникам деньги (чинить сломанную технику), но это то, что они всё равно должны делать каждый раз, когда мы оказывается в странах, где организаторы делают не согласно тому, с чем они формально согласились, подписывая контракт и получая технический райдер. Единственный путь как этого избежать – стать такими известными, что нами заинтересуются промоутеры, привозящие U2, Ozzy, Metallica и подобные команды, или же просто отказываться играть в этих странах, где подобные вещи случаются. Мы хотим выступать, так что нам приходиться мириться с этой реальностью и в будущем.
Обуждения касательно отмены выступления Терион не стоили бы и пяти минут задержки. Мы обсуждали всё это в то время, когда наши техники работали с оборудованием, и ничего не останавливалось из-за этого. Либо организатор лжет, либо он просто не понимает, что происходит (я предполагаю последнее).
Часть II
О чем же тогда шла речь (по поводу отмены)?
Изначально меня спросили, хотим ли мы снова играть в Москве, и я конечно принял это предложение, ведь играть там всегда было ПРОСТО ЗДОРОВО. Примерно в это же время было предложено, что мы можем сыграть на одной сцене с Blind Guardian. Нам должны были заплатить столько же и мы должны отыграть наше обычное выступление, просто это означает, что концертный зал будет больше, и публика – более многочисленная. Почему бы нет, выглядело как неплохая идея.
За месяц до концерта я узнал, что Pain также будут там играть. Не от нашего агента (это скорее всего его вина, а не организаторов), а он Кристиана, который встретил Питера из Пэйн. Это меня обеспокоило, так как я знал о частых технических проблемах в России. И позже наш агент сказал нам, что у нас будет примерно 1,5 часа, так это «фестиваль». Я мог бы сделать из этого проблему, так как мы договаривались на полноценное выступление Терион на одной сцене с BG, а не о фестивале. Но я согласился и на это, так как подумал, что это будет великолепный концерт в огромном зале, где мы сможем закатить такое шоу, которое поразит всех (оказалось же, что мы играли в меньшем зале и при том же количестве публики, как в поледний раз когда мы были хедлайнерами).
Мы подали документы на российскую визу и после кучи проблем и путаницы (так как промоутеры конечно же прислали нам не те бумаги!), после прошествия долгого времени, у нас не было больше никакой информации от организаторов, наш тур-менеджер за неделю до шоу сказал, «единственное, что подтверждено, - рейсы, которые вы сами же забронировали, и название отеля, в котором мы останавливаемся». Когда перевод денег не произошел (организаторы должны оплатить большую часть гонорара на счет в нашем банке вперед как гарантию за потраченные деньги на перелет, в случае отмены концерта), то этого, вкупе с отсутствием каких-либо сигналов от промоутеров о технических вещах, было вполне достаточно для любого агента для отмены выступления. Тем не менее, было решено идти вперед, и мы согласились получить деньги за концерт наличными вперед в день прилета (за день до выступления), чтобы избежать отмены. За три дня до концерта мы получили техническую информацию с размерами сцены, и наши звукоинженеры и тур-менеджер донесли до меня, что со всеми этими командами и с учетом того, что ударная установка Blind Guardian должна быть установлена сразу без последующего перемещения, нам придется ставить наши ударные впереди их. Я принципиально был с этим не согласен, на нашем прошлом выступлении в Москве мы собрали 2500 человек, блайнды – 2800. Мы не разогрев, даже если они круче, и у нас много декораций, которые будут смотреться весьма странно, если их установка будет стоять позади нашей. А когда мне стало понятно, что размер сцены подходит разве что для клубного концерта, а не для фестиваля, и что мы будем располагаться на пространстве 1-1,5 метра левее и спереди ударных, если мы поставим их впереди блайндовских (и туда же надо будет еще поставить мониторы!), я просто решил отказаться. Мы бы объявили это за несколько дней вперед, и те кто хотел, мог бы не ехать и сдать билеты.
Агент убедил меня, что надо выступать при условии что сцена будет расширена на 2 метра и что мы сможем решить большинство проблем.
Тогда мы полетели, и я потратил 22 евро (30$) за каждый килограмм превышения веса багажа за оба полета. Только задняя декорация весит более 25 кг. Одна гитара в чехле весит 18 кг. Ящик с кабелями, педальными панелями и другими нужными для концерта штуками, весит 35-40 кг. Так что учтите, сколько нам стоило привезти все декорации, сценические украшения и остальное, когда будете читать дальше.
Организатор обещал заплатить обеим командам в вечер прилета, так как не перевел деньги на счет, как было договорено ранее, но он этого не сделал. Многие группы отказались бы после того, как промоутер нарушил два раза условленное время платежа. Мы решили довериться ему, поскольку уже работали с ним два раза без каких-либо проблем.
Когда техники приехали в зал, стало понятно, что усилители все присоединены к стене и не могут быть сдвинуты вперед, и нет места, чтобы углубить сцену назад. Если бы мы расширили ее вперед, туда, где стоят усилители, то непонятно было бы, куда девать вокалистов, так как мы бы получили сплошное гудение микрофонов, находящихся около колонок. Так что мы вернулись к ситуации со сценой 10 х 6 метров. Тогда (это было утром) я прояснил, что я не буду выступать в таких условиях. У нас не будет возможности использовать декорации вообще, у певцов не будет никаких подиумов, вместо этого они будут вынуждены стоять на полу сзади нас (и публика не сможет их увидеть, кроме тех моментов, когда они солируют и выходят вперед).
Терион образца 2007 года – это не просто группа, играющая музыку, мы делаем полноценное шоу, это больше похоже на метал-оперу. Сравните, как Терион выглядел в Москве с этой фотографией из Голландии:
Часть III
Это фото показывает, каким ПРЕДПОЛАГАЛСЯ концерт и в Москве, когда я изначально согласился на выступление. На мой взгляд, было бы лучше отменить всё, а потом вернуться позже и устроить всё подходящим образом, чем делать дерьмовое шоу (ну возможно, некоторым из вас оно всё равно понравилось, но представьте, насколько лучше всё прошло бы при полноценном выступлении).
Я встретился с Ханзи из Blind Guardian и нашим общим агентом. Я предложил ради спасения всего дня убрать ударные Blind Guardian после саундчека, поставить на это место наши ударные, а потом перед выходом Blind Guardian снова поставить их установку. Так мы поступали, когда выступали с Grave Digger, и это срабатывало. У Ханзи были некоторые сомнения на этот счет, поскольку он боялся, что это "может изменить звук ударных в их ушных мониторах". Я тоже использую ушные мониторы (как и большинство остальных участников Therion) и, зная, что Blind Guardian использует свои микрофоны для ударных (как и в нашем туре с Грэйв Диггером), я мог бы поручиться, что риск появления заметных изменений невообразимо мал, да и вообще отсутствует. Если уж на то пошло, звук в любом случае немного изменяется, когда ты выходишь на сцену при полном зале, так как публика поглощает большую часть звука, отражаемого стенами пустого зала на саундчеке.
Мы позвали персонал и спросили об этом, и Питер (лучший техник на планете, чёрт возьми) сказал, что так можно сделать, но признал, что это может негативно отразиться на звуке. Ханзи согласился, когда стало ясно, что альтернатива - отмена выступления Therion. Однако, это привело бы к гораздо более длительному перерыв между группами, что означает намного больше работы для персонала (которому мы согласились платить двойную зарплату на этот случай), и в этом случае не оставалось бы времени для какой-либо из других групп, так как технические проблемы зала, с которыми столкнулся персонал, казались бесчисленными (например, было несколько отключений питания, и целый усилитель вышел из строя).
Мы несколько часов ждали в отеле, пока Blind Guardian проводили саундчек. Когда нас, наконец, привезли в зал, Ханзи сказал, что "не было места", куда убрать их ударные. Там было место, за сценой. Когда я отметил это, он сказал, что звук изменится, так что мне стало ясно, что он просто передумал, и что ему всё равно, что он обещал перед этим. Либо был кто-то другой из их группы, кто был не доволен обещанием Ханзи, и заставил его отменить обещание.
Тогда я вышел на сцену, проверил, как всё будет выглядеть и мне стало совершенно ясно, что мы не сможем сделать какие-либо сценарные постановки, и что абсолютно всё было полностью про*бано, мы должны будем выйти на сцену как какой-нибудь долбанный разогрев, и что все декорации, за привоз которых я заплатил, будут просто лежать за сценой. Я вернулся за кулисы и сказал, что я хотел отменить выступление при таких условиях, а Ханзи дал ясно понять, что отсутствие риска* для Blind Guardian получить другой* звук в ушных мониторах гораздо важнее, чем выступление Therion (что довольно примечательно, поскольку если они не видели смысла в том, чтобы мы играли, приводили зрителей, то почему они согласились на организацию, при которой обе команды выступают на правах хэдлайнера?).
*заметьте: "рисковали" и "другой". Не было никакой уверенности, что звук будет другим, и кроме того "по-другому" - не значит "хуже".
Тогда я сказал Ханзи, что всё отменю, а он дал понять, что он ставит звук ударных Blind Guardian в его мониторах выше, чем выступление Therion.
Я уже был готов выйти на улицу и сказать людям, что мы всё отменяем, и сказать, почему. Но я решил сперва поговорить с группой. Я понимал, что я, возможно, слишком зол для принятия хороших решений, так что я сказал Кристиану, что лично я голосую за отмену, и пусть группа решает. Они решили, что мы будем играть.
Пожалуйста, заметьте, что если бы выступление было бы отменено, мне бы пришлось оплатить авиабилеты, дополнительный вес багажа, российские визовые сборы и некоторое количество других затрат из своего собственного кармана. И я не стал бы делать этого, если бы у меня не было на то веских причин.
Все были в отвратительном настроении (особенно я, кто также не мог получить надлежащей еды, они «забыли» заказать вегетарианскую пиццу, и обычная еда состояла из четырех кусков вареного перца + какие-то украшения из двух брокколи, так что я вынужден был наблюдать, как все остальные едят по-настоящему вкусную еду + у них была еще пицца, если они захотят добавки – только за несколько минут до того, как мне надо было выходить на сцену, доставили вареный рис с какими-то овощами в картонной коробке), и поэтому мы отыграли не особенно хорошо. Не было никакой мотивации, просто сделать это и свалить оттуда к чертовой матери. У нас была сильно детализированная хореография, привязанная ко всему шоу, которое мы показываем на сегодняшний день, и это был просто настоящий хаос, никто не знал, куда и как ему двигаться в этом беспорядке на сцене, и в довершение всего организатор не дал нашим техникам запасную гитару, так что при изменении в настройке я был вынужден ждать, пока техник заново настроит мою гитару, очень профессионально. Так как этого было недостаточно, просто чтобы добавить перца, там не было ремня для гитары Мэта, это была веревка (!), и чтобы придать этому худшему в Мировом Туре 2007 года концерту недосягаемый статус на самом дне, мой гитарный техник совершил худшую ошибку, которую мой техник вообще когда-либо совершал, он настроил струну B (си-бемоль) как C# (до-диез) (это возможно не особенно много значит для тех, кто не играет на инструменте, но представьте, что какие-то из клавиш на вашей клавиатуре перемешались, так что например все “E” стали “X” и все “O” стали “B”, и когда вы пишете “hello”, получается “hxllb”, представьте, что всё это произойдет с гитарными звуками). Мне пришлось импровизировать, чтобы это скрыть, и это полностью довершило горечь наблюдения, как концерт, который должен был быть при нормальном раскладе в пятерке лучших концертов тура, стал самым худшим.
С настоящего момента, когда мы будем играть в странах "проблемного" типа, мы будем всегда играть одни, без других групп (до или перед нами). Цена, которую вы, парни, платите за свои билеты, по сравнению с вашими доходами, - такая же или даже больше, чем платят люди в Западной Европе. Так что за свои деньги вы заслуживаете такие же хорошие впечатления от концерта, а не какой-нибудь низкобюджетный вариант b- или c- класса. Я чувствую ответственность за то, чтобы дать вам первоклассное представление, и поэтому я был готов понести экономические потери, связанные с отменой концерта и возращением с сольным шоу через какое-то время. Теперь, мы отыграли этот ужасный концерт, и расписание концертов(с другим промоутером) забито на весь остаток года, после чего я планировал взять годовой отпуск, а в год после этого мы будем записывать наш новый альбом, так что следующий шанс для достойного выступления в России у нас будет только в 2010 году.
Все недовольные концертом и те, кто хочет избавиться от переживаний, могут направить свои претензии организатору, который всё прое***.
С другой стороны, если вы хотите поприветствовать некоторых великих музыкантов, полностью лишённых проблем эгоизма и с абсолютно надменным взглядом на свой образ, также подарите розы и свое восхищение группе Blind Guardian, поздравляя их с исключительно выдающимся благородством и пониманием дружбы, не говоря уж о продемонстрированной ими великолепной честности. Они круче, чем Metallica, у них более сложная музыка чем у Dream Theater и Meshuggah, и более выверенный звук, чем у Pink Floyd - при этом они СТОЛЬКИМ пожертвовали, что бы помочь нашей маленькой группе, что бы мы разогрели сцену для них - единственной группы, которую люди хотели видеть тем вечером. Иногда слова "спасибо" просто недостаточно…
Перевод Flying
www.blind-guardian.ru
Автор: Leper_Messiah
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Эх, тяжело же быть организатором! Особенно, если мало что умеешь делать.
Идея-то фестиваля очень неплохая. Одако проводить его надо было с умом. Представляется, чтор организаторы должны были кое-что предусмотреть.
Итак:
1. Если фестиваль, то большая сцена. Надо знать специфику групп, всё-таки опыта "хорошего супер-концерта" от Р. Дрозда тут явно недостаточно - масштаб не тот.
2. Поскольку в задержке оказались виноваты машины, надо договариваться об аренде помещения с проверенными знакомством хозяевами. Тогда не будет новостей, мол, "вчера тут было ещё одно событие, вы не беспокойтесь".
3. Насколько я понимаю, контакт между организаторами и коллективами был не самым большим - так вот, это опять же свидетельствует о некомпетентности и неподготовленности организаторов. Опять же, эти группы не привыкли в авралам и неожиданностям.
В общем, учиться и учиться. Честно говоря, смотря на Терион, я думал, что так примерно и должно быть, хотя кучность людей немного удивляла. И вот смотрю на фотографию их нормального выступления и понимаю, что-то там было не то.
Как ни странно, обидно за державу. Мы ещё долго будем с глазах иностранных групп "страной с плохой экономикой". Он бы ещё гражданскую войну вспомнил. Но так или иначе, а имидж страны третьего мира у России давно сформировался. И JC Sound ничего не сделал, чтобы доказать обратное.
Идея-то фестиваля очень неплохая. Одако проводить его надо было с умом. Представляется, чтор организаторы должны были кое-что предусмотреть.
Итак:
1. Если фестиваль, то большая сцена. Надо знать специфику групп, всё-таки опыта "хорошего супер-концерта" от Р. Дрозда тут явно недостаточно - масштаб не тот.
2. Поскольку в задержке оказались виноваты машины, надо договариваться об аренде помещения с проверенными знакомством хозяевами. Тогда не будет новостей, мол, "вчера тут было ещё одно событие, вы не беспокойтесь".
3. Насколько я понимаю, контакт между организаторами и коллективами был не самым большим - так вот, это опять же свидетельствует о некомпетентности и неподготовленности организаторов. Опять же, эти группы не привыкли в авралам и неожиданностям.
В общем, учиться и учиться. Честно говоря, смотря на Терион, я думал, что так примерно и должно быть, хотя кучность людей немного удивляла. И вот смотрю на фотографию их нормального выступления и понимаю, что-то там было не то.
Как ни странно, обидно за державу. Мы ещё долго будем с глазах иностранных групп "страной с плохой экономикой". Он бы ещё гражданскую войну вспомнил. Но так или иначе, а имидж страны третьего мира у России давно сформировался. И JC Sound ничего не сделал, чтобы доказать обратное.
Автор: Ezoptron
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
в России проходило достаточно много хороших концертов, когда все оставались довольны...такие случаи как с терионом бывают...к сожалению предусмотреть всего нельзя...тут неорганизованность организаторов наслоилась на обстоятельства, связанные с машинами на сцене и т.д.
и за границей такие накладки бывают бесспорно...естесственно мало кто о них знает...как допустим описанная Йонсоном ситуация в Италии...што ж теперь они и в Италию не поедут што ль? тож неразвитая страна?
тот же терион приезжал прошлые 2 раза тоже в сотрудничестве с джси-саундом и всё было хокейно...да и бг тож...
и за границей такие накладки бывают бесспорно...естесственно мало кто о них знает...как допустим описанная Йонсоном ситуация в Италии...што ж теперь они и в Италию не поедут што ль? тож неразвитая страна?
тот же терион приезжал прошлые 2 раза тоже в сотрудничестве с джси-саундом и всё было хокейно...да и бг тож...
- Итак! - прогремел Томен, грохнув о стол бутылкой.
- Ты пришел на репетицию с водкой? – вознегодовал Андрe.
- Нет, на пьянку с барабанами, - огрызнулся ударник.
- Что за водка-то хоть? – полюбопытствовал Маркус, не отрывая взгляда от своей гитары и любовно проводя пальцами по струнам.
- Русская, - довольно пробурчал Томен, Маркус и думать забыл об инструменте. – «Зверобой».
- Русская? Да где ты такое сокровище раздобыл?
- Хэн дал, в качестве стимулятора, и еще сказал: «Жалко, что все так вышло, я б ее вами распил. Но вы, главное, не теряйтесь, у вас все и без меня получится, не совсем, правда, представляю – как».
- Шутник, - засмеялся Андрe. – Действительно, как же мы без него целую бутылку осилим?
- Бутылку-то, может, как-нибудь без него и осилим, но вот как мы концерт без него отыграем – это вопрос…
От неожиданности Маркус выронил гитару, Андрэ недоверчиво посмотрел сначала на водку, потом на Томена.
- У тебя, конечно, и так с фантазией проблем немного, но стоит тебе выпить…
- Не пил я, - обиженно буркнул Томен и тяжело опустился на диван рядом с ним. – И вообще у нас проблема: Хэн что-то с этими якудзо не поделил.
Андре подскочил, словно прямо под ним из дивана пружина на свет божий вырвалась, но Томен, как бы между делом схватив гитариста за руку, рывком усадил его на место.
- Нет, убить-то они его, слава богу, не убили, - Том заметил, как разгладилось лицо Андре, - Но погнули основательно. Короче, на концерте придется как-то без него справляться…
- Томен, друг мой, - ласково начал Андре. – Пробовал ли ты когда-нибудь представить Grave Digger без Болтендаля, Nightwish без Турунен или Gamma Ray без Хансена?
- Нет, - честно признался Томен.
- А Blind Guardian без Кюрша ты себе, твою матерь, значит, представляешь? – заорал Андре.
- Не больше, чем Demons & Wizards без Хэна, - отозвался Том, словно Кюрш и Хэн были людьми, мало связанными друг с другом.
- Пошути-пошути у меня, пока мир не увидел первого в своем роде поющего ударника, - небрежно бросил Андре, предательски дрожащей рукой приглаживая волосы на голове.
- Может, отменим? – срывающимся голосом предложил Маркус, очень неудачно попытавшийся представить Гвардию без Кюрша или Демонов без Хэна, черт, - одернул он себя, - это же одно и тоже!
- Нет, - твердо ответил Андре, - Мы не в Германии, не среди соотечественников, которые поймут и простят, да и то - не сразу и не всё. Когда снимаешь стадион в Токио, и он оказывается заполненным до отказа, то об отмене концерта не может быть и речи. Мы с японцами за всю жизнь не расплатимся!
- Но они же наши друзья! – взвизгнул Маркус.
- Все 20 тысяч? – иронично улыбнулся Андре. – Нет, ребятки, играть, однозначно, надо; теперь давайте решать – как.
- Может выйти на сцену и заявить: «Мы вот сейчас быстренько сыграем, а кто слова знает…», короче, пусть берут уроки хорового пения. Еще можно выпустить на сцену какого-нибудь длинноволосого, пузатенького японца и сказать его соотечественникам, что Ханзи кто-то напугал сильно, когда он спьяну их пародировать начал…
- По-моему, ты все-таки выпил, - вставил свое веское слово Андре.
- Да брось, он всегда такой, - махнул рукой Маркус, - А насчет его предложения… Боюсь, японцы не оценят… Поймут как-нибудь не так, потом с Хэном на соседних койках валяться будем.
- Концерт через 2 дня, - обреченно вздохнул Андре, - А у нас петь некому!
- Я не могу, - тут же среагировал Томен, - Не воодушевило меня твое предложение стать первым в мире поющим ударником.
- Я тоже, - развел руками Маркус.
- Ты же не ударник!
- Да, и еще не поющий, – добавил ритм гитарист. – Ну не могу же я, в конце концов, быть и вокалом и бэк-вокалом одновременно!
- Андре… - протянул Том, и 2 находчивые головы повернулись в сторону третьей, менее находчивой.
- Ну уж нет! Я что же, крайний, что ли?
- Нет, ты просто неудачливый, - ободрил его Том.
- Так, допустим, но я не смогу петь и играть одновременно.
- Почему? – удивился Маркус, - Вон Чед Лошадиная Морда из Nickelback, например, может.
- Да он так поет и играет, что… пожалуй, я свое мнение лучше при себе оставлю… – решил обойтись без крепких выражений Андре.
- Хэн когда-то совмещал бас и вокал, - не унимался Маркус.
- Ага, точно так же, как Чед – вокал и лидер, - хохотнул Том, - То-то он бас этот Оливеру всучил.
- Вот пусть тогда Оливер и поет, - нашел выход Маркус.
- Да, а Ханзи тряхнет стариной прямо из больницы, перебирая струны сломанными пальцами. Уймись, генератор идей, знаю я, что Оливер и играть и петь может, только пока я жив, не гвардеец за микрофон не встанет. Думаю, вопрос о кандидатуре клавишника отпадает сам собой.
- Ладно, кончайте спорить, все равно к одному итогу придете – петь меня заставите, - унял согруппников Андре.
- Хорошо, солиста мы нашли, осталось найти нового лидер-гитариста, - подвел начальный итог Томен.
- Думаю, его мы тоже уже нашли, - подал голос «генератор идей»; Том и Андре вопросительно посмотрели на Маркуса. – Играть будет Шаффер.
У Джона день не заладился с самого утра, всем каждую минуту необходимо было подоставать уже ополоумевшего от такого внимания гитариста. И стоило ему наконец избавиться от назойливой заботы домочадцев, порадоваться снизошедшей до него тишине, как вдруг прямо под ухом у него загорланил телефон. Кляня технику и всех, кто ее изобрел вместе с теми, кто ей пользуется, Шаффер снял трубку.
- Чего надо? – совершенно недружелюбно поинтересовался музыкант о цели звонка у человека на другом конце провода.
- Джонни, не грусти, приезжай к нам в Токио, у меня русская водка есть!
- «Токио» – это ресторан такой? – попытался припомнить Шаффер.
- Нет, осел, это город в Японии! Слышал о таком?
- Сейчас ты со своей Японией отправишься знаешь куда? Что тебе надо и кто ты вообще такой?!
- Я Том, дубинушка!
- Какой еще Том-дубинушка? – не понял Джон.
- Коротка же память у гитаристов! Вот я всегда говорил… - Хватит нести чушь!
- Нет, «хватит нести чушь» всегда говорили мне, а я говорил…
- Послушай, родной, - оборвал дубинушку Джон, - Давай-ка ближе к делу, потому что мне, видишь ли, плевать, что там ты говорил и что тебе там же отвечали – мне тоже все равно, так что давай выкладывай, зачем звонишь и убирайся с линии.
- Так значит, быстро очистил гитару от плесени и бегом в Токио!
- Зачем?
- Ты тупой, парень? Если я сказал, что тебе надо в Токио, значит, тебе надо в Токио.
- Но мне не надо…
- Так, я сказал!
- А что мне там делать?
- Играть, разумеется, или ты еще и фокусы показываешь?
- Высказался? – рявкнул Джон.
- Нет, - признался Томен.
- Плевал я!
- Надеюсь, не в колодец, - сострил оппонент.
- Слушай, ты мне еще хоть слово поперек скажешь…
- А вдоль? – не унимался Том.
- Парень, ты что, правда клоун?
- А ты правда фокусы показываешь?
Шеффер рассмеялся.
- Нет, ну ей-богу, приятель, ты мне нравишься! – признался Джон.
- А водка русская тебе нравится?
- Еще больше, - откровения так и начали сыпаться из гитариста.
- А Япония?
- Ладно тебе, посмеялись и хватит, чего тебе все-таки от меня надо?
- Послушай, Джон, - неожиданно серьезно ответил Том. – У нас тут небольшая, ну, в том смысле, что очень большая проблема… В общем, мы были бы тебе очень признательны, если бы ты сегодняшним самолетом вылетел в Токио. Я тебе деньги за билеты сразу, как ты приедешь, верну.
- Не сомневаюсь в этом. Но можно поподробнее, кто такие «мы» и что там у вас случилось?
- Мы – это Blind Guardian.
- Томен, старина! – узнал наконец Джон, - Как поживаешь?
- Парень, кончай бабушку лохматить, я же сказал, что плохо!
- Слушай, я уже битый час пытаюсь у тебя выпытать, что случилось!
Когда Томен наконец изложил Шафферу суть дела, тот немного прибалдел.
- Я что-то не понял, вы хотите, чтобы я пел вместо Ханзи? - Да не приведи господь! – вырвалось у Тома, - Ты на лидер нужен!
- А Андре вы куда?
- Андре поет.
- ВОТ ЭТО НОМЕР!
- 13 песен за сутки ты, конечно, не выучишь, - Томен оставил реплику Джона без внимания и продолжил излагать проблему. – Но на этот счет пара задумок у меня есть. Так ты приедешь?
В ответ тишина.
- Хэн бы приехал.
- Ни секунды в этом не сомневаюсь! – рассмеялся Шаффер, - Ему только предложи, он за всех споет!
- Это не предложение, это просьба.
- Хорошо, уговорил, - согласился наконец Джон. – Кстати, что ты там говорил про водку?
Мрак. Глаза не могут различить ничего, зато уши вбирают крики толпы, и сердце трепещет. Интро близится к концу, скоро софиты осветят сцену… Ой, что тогда начнется?! Андре боялся себе это даже представить; он, стоя перед микрофоном без гитары, чувствовал себя не то, что неловко, он себя вообще идиотом чувствовал! Андре уже был готов стать должным пару миллионов японским любителям тяжелой музыки, лишь бы не позориться, лишь бы не петь! А еще эта ненормальная задумка Шаффера с их сценическим образом! И как все на это согласились? Да как такое вообще могло кому-либо в голову прийти?! И вот постепенно начали стихать звуки интро, тогда как гул толпы, словно вбирая в себя последние аккорды первой композиции, нарастал с каждой долей секунды все сильнее и наконец заглушил увядающую мелодию. Сейчас загорится свет и озарит безобразие на сцене… Толпа ревет, жаждет шоу. Толпа получит шоу, да такое, что долго еще не будет сходить с их уст и навсегда останется в их душах…
Вада стоял далеко не рядом со сценой, хотя и имел возможность пребывать в первых рядах. Вада любил быть в центре толпы, любил чувствовать себя ее частью, любил ощущать, как сердце его бьется в унисон с сердцами его друзей (хотя он не знал даже, как зовут его ближайших соседей), ибо другом он почитал каждого, кто сегодня делил с ним его восторг, его возбуждение, его беспредельное счастье от пребывания здесь, на этом концерте. Вада знал лично всех Гвардейцев и безгранично ценил их дружбу, продолжавшуюся уже более 10 лет, и не пропускал ни одного концерта со времен первого посещения Блайндов Японии. Вада знал, что ничего особо нового он на этом концерте, как и на всех предыдущих, не увидит, но почему-то сердце его трепетало, словно ему предстояло наблюдать это действо впервые. Закончилось интро, Вада кричал вместе со всеми, но сердце его замерло в ожидании чуда. Вспыхнул свет, ослепительный после нескольких минут, проведенных в полной темноте, и залил собой сцену. Томен ударил в бочки, и по много лет назад утвердившейся системе зал должен был взреветь… Нет, зал, конечно, ревел, пока не рассмотрел то, что скрывала от него темнота. Он ревел и в первые секунды озарения, пока до него доходила обстановка на сцене. А потом не ревел уже никто… Японцы стояли, потрясенные, не в силах сообразить, что такое происходит и куда они вообще попали. Вада был в шоке. Кто сказал, что он не увидит ничего решительно нового? Рот его, как и глаза секундой ранее, широко открылся, но не для того, чтобы закричать приветствие, ибо от изумления он не мог произвести ни звука.
В центре сцены стоял Андре БЕЗ гитары, но с… ПЮПИТРОМ! Справа (то есть на том месте, где, по-хорошему, тот самый Андре и должен был находится) стоял… стоял… Вада тщетно пытался припомнить, где он видел этого человека, но сейчас в голове у него творился такой сумбур, что вытянуть из нее какую-нибудь осознанную мысль просто не представлялось возможным. Кстати, гитарист этот тоже стоял с пюпитром, как и новый солист Blind Guardian. Слева от Андре играл (слава богу, играл, и, слава богу, на своем инструменте) Маркус, позади за стойкой восседал Томен, с ним, хвала Всевышнему, тоже особо никаких изменений не приключилось, хотя… Одно кардинальное изменение претерпели все Гвардейцы. Ни на ком из них не было привычных зрителю футболок и джинс, все как один были… во фраках (та самая задумка Шеффера насчет сценического образа). В принципе, учитывая наличие пюпитров, наличие фраков уже не казалось чем-то из ряда вон. Но концерт только начался, и небывалый состав, и непривычная одежда вскоре престали так шокировать фанатов, как то, что начало твориться на сцене…
Следующей после интро шла Into the storm, и Маркус приготовился к самому худшему. Нет, в себе-то он не сомневался, но в Андре… Маркус мог поклясться, что так сильно не волновался даже на своем первом концерте! Слава богу, игра его была уже доведена до автоматизма и не требовала сосредоточения и полной концентрации внимания, ибо сейчас последним, что крутилось сейчас в голове гитариста, были мысли о его инструменте. Никогда в зале еще не было так тихо, зрители кричали даже тогда, когда попадали на их выступления впервые, да и когда сами музыканты были еще юны и безызвестны; теперь же единственным, кто открывал рот, был Андре. Господи, и лучше бы он этого не делал! От страха и волнения голос его дрожал и казался каким-то… Маркус даже не мог описать, каким именно, но то, что не таким, как надо, он не сомневался. Ханзи, я убью тебя! – думал гитарист. – И Андрe убьет! Если сам до этого с разрывом сердца не ляжет…
Томену было неуютно за стойкой; он хотел выкинуть палочки, взять Андре под руку и увести куда-нибудь подальше отсюда. И довершить начатое якудзо. Берегись, Ханзи Кюрш, несладко тебе придется, если этот кошмар когда-нибудь кончится! Из-за своей стойки Томен видел, как подрагивают плечи Андре, на которые они всей группой взвалили такую ответственность. Называй вещи своими именами, - одернул себя Том. – Вы просто нашли козла отпущения! Ох и твою мать, надо было отменять этот чертом долбанный концерт!
Первая половина песни позади. У Андрe появился шанс перевести дух и собраться с мыслями. Хотя какие, к черту, мысли, все идет из рук вон плохо! Пробубнить себе под нос полпесни, это ли то, что от него требовалось? Надо брать себя в руки, и немедленно! Расправить плечи, глубоко вздохнуть… Матерь божья, ну не в микрофон же! Андрe залился краской, когда из динамиков вырвался его с шумом выпущенный из легких выдох. Андрe заглянул в нотную тетрадь: господи, только не это! – промелькнуло у него в голове, и гитарист вновь приступил к пению. Сначала голос так же трясся, как и за соло до этого, но потом он более-менее окреп и перестал, наконец, дрожать. Маленькая победа. Вдохновленный ею, Андрe набирал обороты и под конец уже мог похвастаться относительно божеской манерой исполнения. Песня подошла к концу, и, по-хорошему, Андрe должен был пообщаться с залом; но что сказать-то, когда язык к небу прилип? И несчастный певец ограничился объявлением следующей композиции.
Вторая песня пошла лучше: Андрe вошел во вкус, публика разогрелась и решила подсобить бывшему гитаристу. Кстати, в отличие от Андрe, Джон чувствовал себя абсолютно счастливым: играл он хорошо, все ему удавалось; в общем, с ролью своей он справлялся как нельзя лучше. Маркус и Томен тоже немного успокоились и уверовали, что все самое страшное уже позади…
Рок настиг Гвардейцев на третьей песне. Настиг, и больше не отпускал.
А третьей была Lost in the twilight hall. Вошедший в голос Андре перестал как-то реагировать на происходящее и замечать что-либо, кроме нотного листа, с которого он с трудом успевал считывать текст. Когда Андре подошел к самому тяжелому, на его взгляд, месту (то есть самому быстрому речитативу, который в студии делили Ханзи с Каем), кончилась страница, и ее требовалось в темпе перевернуть, но, как говорится, поспешишь… Слипшимися от нервного пота пальцами Андре, спеша поскорее перевернуть страничку, хватил лишка и перелистнул две. И почему-то резкая смена темы и нот его ничуть не смутила, в отличие от его согруппников…
Where’s the key
To the gate
Of a new life – no
I search for deliverance
And spilled the first blood
When the old king was slain
Nightfall…
У Маркуса отвисла челюсть. Какой, к черту, Nightfall? Что Андрe делает? Неужели не чувствует, что немного в ноты не попадает? Вдруг Маркуса осенило: ну конечно, ноты! Он текст перелистнул!
- Андрe! Ты, мать твою, не то поешь! Страницу назад!
Маркус не посчитался с микрофоном, который разнес восклицание гитариста по всему залу (плевать, все равно японцы немецкого не понимают), а до Андрe уже медленно начинало доходить, что что-то он делает неправильно. Он, вроде, по нотам поет, но в них почему-то не попадает… Это я дурак, или лыжи не едут? – подумал Андрe за секунду до того, как Маркус изложил ему суть проблемы, а потом все встало на свои места:
Immortal land lies down in agony
How long shall we
Lost in the twilight hall…
Ну, что ж, - подумал Андрe. – Вот мы и Nightfall исполнили, можно на нем не останавливаться, сразу к пятой песне переходить. Кстати, что у нас там пятое?
Но проскочить Nightfall Андрe все же не удалось, ибо остальные Гвардейцы не посчитали это возможным. Да, можно сократить концерт на 5 песен (и исполнить 13 вместо 18), но еще и гимны из него выкидывать! Нет, так дело не пойдет! В общем, не испросив мнения Андрe, сразу после Hall’a группа заиграла Nightfall. На сцену опустился мрак, задули ледяные ветра (ну кто, что б им пусто было, додумался вентиляторы прямо у артистов за спинами расположить?!)… и сдули все нотные листы с пюпитра Андре, который, в отличие от Джона, не догадался их закрепить. И когда сцену вновь осветили софиты и настало время к музыке добавить слова, зрители узрели Андре, ползающего раком в своем фраке по полу и собирающего разлетевшиеся по всему диаметру сцены листочки.
Томен рыдал за барабанами. За все свои 30 лет он ни разу ничего подобного не видел (и не сомневался, что 99% людей такого и за 100 лет бы не наблюдали), и Томен хохотал до слез, с трудом поспевая стучать в такт гитарам. Господи, как же повезло этим людям! – думал Том, наблюдая за пораскрывавшими рты от изумления японцами. – Да за лицезрение такого шоу народ бы полжизни отдал и все свои деньги в придачу! А японцы ну просто не врубаются! Эх, были бы мы сейчас где-нибудь на юге, нам бы такой аншлаг устроили! Народ бы с ног валился! Спасибо, Хэн, увижу – расцелую!
А тем временем Андре уже почти дособирал листочки, но и песня подходила к концу; и когда горе-певец наконец поднялся с колен, музыка стихла, и Андре сделал такое, до чего ни один нормальный человек в здравом уме не додумался бы…
Маркус, окончив играть песню, не мог не испустить вздох облегчения: слава богу, конец! И Андрe даже петь не пришлось! Маркус уже хотел было начать следующую композицию, как вдруг случилось непредвиденное: Андре встал посреди сцены и заголосил Nightfall, вытянув перед собой листочки… В общем, всю песню Андре проорал в полной тишине. Толпа должна была рыдать от такого шоу, но японцы… они и есть японцы.
Welcome to dying была пятой. Она была несложной для вокального исполнения, да и Джон за нее очень просил. Кстати, самому Джону концерт очень нравился, он бы даже назвал его забавным, если бы рок не коснулся его… На Welcome Шаффер среагировал положительно, пожалуй, даже слишком: он подпрыгивал, крутился на месте, тряс своей объемистой шевелюрой и уверенно размахивал гитарой. И домахался… В одном таком красивом прыжке Джон с разворота снес пюпитр, который с грохотом дался о сцену; не успев остановиться, Шаффер случайно – но очень эффектно – пнул этот самый пюпитр, и тот улетел в зал, чуть не убив злополучных японцев. Скрепленные прищепками листы с нотами остались лежать у ног каскадера, и Джон (когда песня уже закончилась, ибо ее знал и без всяких нотных станов) водрузил их в некую чашу, о назначении которой он не догадывался, и его ничуть не смутили дырочки вдоль ее диаметра, а подъемчик в ее центре (с дырочкой побольше) Джон использовал как подставку.
Следующим номером программы была Valhalla. Мания «сценического прыжка» охватила Маркуса, и он очень зря решил сделать круг вокруг микрофонной стойки (ибо рок навис и над ним). Гитарист не заметил, как провод, точно змея, обвился вокруг его голени, и, дав очередной кружок, Маркус, наконец, занял свое законное место напротив микрофона и на какое-то время перестал вытанцовывать (потому что надо было выходить на лидер вместе с Андре – тьфу ты, с Джоном! – и на «сцен. прыг.» просто не оставалось времени). Но провод оказался не менее коварен, нежели змей, и вскоре показал своей жертве, чьи шишки в лесу. Во время очередного припева Маркуса снова одолела пагубная мания, но плясать вокруг стойки, словно ведьма вокруг костра, не пришлось… просто Маркус не смог до этого допрыгаться, ибо стоило ему сделать один рывок, как провод впился в голень – ловушка захлопнулась. Под дружное «Valhalla – Deliverance» Маркус, с шумом выпустив воздух из легких, грохнулся оземь в обнимку со стойкой, поцеловав микрофон. Ну что ж у нас все валится?! – недоумевал гитарист, выползая из-под стойки и не подозревая, что серию падений завершит не он и даже не его стойка.
Номер 7 – A past and future secret – стал апогеем рокового невезения. Сначала зал и сцена погрузились в мягкий полумрак, создаваемый нежным, словно постепенно увядающим, светом софитов. При таком плохом освещении Джон не мог разглядеть нот и потому практически носом уткнулся в листовки, сунув голову в чашу неизвестного значения. Но Судьба распорядилась так, что уже очень скоро назначение данного сосуда стало очевидным. На каждом концерте во время исполнения Secret’a Гвардейцы использовали пироэффекты. Джон этого не знал. Или знал, но просто не предавал значения. И стоило только Андрe открыть рот, пропеть одно лишь «Oh», как из чаш вырвалось пламя. Сначала Джон почувствовал лишь резь в глазах от внезапного всполоха во мраке, потом в лицо ему ударил сноп искр, и запахло паленой бумагой. Нотные листы вспыхнули, опалив лицо гитариста, и Шaффер отшатнулся от пылающей чаши, но поздно: длинные волосы его вспыхнули, словно солома. Джон словно обезумел: истошно вопя, он, закрыв лицо руками и полностью утратив ориентацию, бегал по сцене, пару раз чуть не снеся томеновых барабанов. Голова Шaффера напоминала нечто среднее между факелом и чашей, из которой он не успел вовремя вытянуть свою репку. Если бы Том не был так обеспокоен за судьбу своих барабанов, он бы, скорей всего, похохотал от души, но полностью дезориентировавшийся Джон представлял реальную угрозу для его техники, и потому ударнику было не до смеха. Андрe, как мог, старался не замечать бушующего вокруг «чуда пиротехники» и пел себе дальше песню про Артура, но никто в этом мире не любит страдать в одиночку: Джон (у которого, конечно, и в мыслях не было – ибо в мыслях у него вообще ничего не было – вредить кому-то еще, кроме себя (а себе он навредил как мог), поддев одной ногой провод, второй наступил на него и вырвал из розетки. А провод этот соединял микрофон Андрe с динамиками… Точнее, раньше соединял… Маркус, удивившись тому, как внезапно замолчал на полуслове Андрe, обернулся в его сторону. Как раз вовремя для того, чтобы увидеть мчащуюся на него стихию. Ибо Джон, споткнувшись о провод, утратил еще и равновесие и с разлету вписался в Маркуса, сбив того с ног. Теперь единственным, что слышали зрители, был зеркальный звук колышущихся под палочками Томена тарелочек. А Андрe все продолжал петь в неработающий микрофон, и походил он больше на рыбу, открывающую рот, но не издающую ни звука, нежели на разумное млекопитающее. Андрe понял, что снова попал впросак, лишь когда Томен достучал песню до конца. И это было последней каплей. Чуть не со слезами на глазах Андрe нервной поступью дошел до Тома и срывающимся голосом запричитал:
- Господи, за что ты меня проклял?!
- Тише, Андре, - голосом, которым обычно успокаивают нервнобольных и психически неуравновешенных, начал Томен. – Я знаю – ты устал, но и ты знай – я не Господи. Правда за правду, договорились?
И тут Андре сорвался окончательно. Он крыл благим – и не слишком – матом все: и окосевших от тупости японцев, и умственно недалекого Шаффера (которому на каждой спичке надо писать «огнеопасно»), и Оливера бритостиженного (интересно, а он что сделал не так? И при чем там его безволосое состояние головы? Или Андрe это в память о Джоне?), и многих-многих других (в том числе и Шрёдера)…
- Тебе, наверно, не говорили, - веско заметил Томен, когда, казалось бы неиссякаемый поток слов, бьющий из глотки Андре, наконец все-таки иссяк. – Что у меня – ты не поверишь! – все микрофоны в порядке.
- Что, все 3? – словно дурачок скосил глаза Андре.
- Парень, ты, случаем, пока там раком по сцене ползал, головой ни обо что твердое не ударялся? Об пол, например?
Андре нервно пожал плечами, сейчас он действительно напоминал глубоко душевнобольного человека.
- Слушай, ты еще подебильней вид не можешь сделать? – продолжал глумиться Томен, не со зла на неотупевающего друга, а по той же причине, по которой сам Андре теперь не мог выдать ничего вразумительного, - ударник изо всех сил боролся с паникой, но где-то в глубине сознания уже начинал понимать, что битва эта проиграна.
- Может, отменим? – словно во сне прошептал Андре.
И тут пришел конец словно черной магией навеянному оцепенению, сковывающему мозг и чувства Томена, и ударник расхохотался, громко и заразительно. Мгновение спустя к нему присоединился Андре, также избавившийся от наваждения.
- А плевал я на все! Меня вообще все радует, клевый концерт, а, Том? Такой, что на всю жизнь!
- Ага, - согласился Томен. – И не только на нашу. Ладно, иди вилку в розетку втыкай и петь вали, ты еще и до середины концерта на добрался, а уже печать ставишь!
- Да мы эту печать еще за два дня до концерта поставили, когда ты нам водку притащил со словами…
- Так, давай иди-иди, - подтолкнул Томен вновь разговорившегося приятеля. – Иди пой, потом все подробно расскажешь, кто там чего говорил…
- Так это ж ты говорил! – не унимался Андре.
- И что я говорил, и что ты говорил – все расскажешь, а теперь иди, парень, пой.
- Нет, ну ведь клевый концерт, а?
- ВАЛИ ОТСЮДА, МАТЬ ТВОЮ, НЕДОДЕЛОК!
И, со светом в душе и легкостью на сердце, Андре вновь занял свою (после всего пережитого, однозначно, свою!) позицию вокалиста Blind Guardian. Оклемавшиеся Маркус и Джон (волосы которого стали значительно короче) тоже заняли свои места, и концерт продолжился. Но кто сказал, что на этом испытания Гвардейцев окончились?
Восьмой поставили Mordred’s song. Андре знал текст любимой песни и легко мог исполнить ее и без посторонней (нотной) помощи, и потому отдал свой нотный лист Джону, который явственно в нем нуждался. И все вроде ничего, только пережитые волнения вскоре дали о себе знать: примерно на середине песни Андрэ подчистую лишился голоса, то есть если он и раньше им не блистал, то теперь утерял его вовсе, и ничего, кроме нечленораздельного хрипения, выдать не мог. Вот и приехали – пронеслось в голове каждого Гвардейца. Но Маркус слишком много вытерпел, чтобы теперь, когда все, казалось бы, пошло на лад, опустить руки. Он подошел поближе к микрофону и… запел. Сам. Не слишком красиво и умело, но было видно, что в это пение он вкладывает все, что только может вложить бард в свою музыку: глубину чувств, полет мысли, силу духа и трепетность души. Если Маркус вдруг забывал текст, ему на помощь приходил Джон, словно исполняя роль бэк-вокалиста. Андре был поражен до глубины души, он знал (ибо так шептало ему внутренний голос), что Маркус и Джон делают это не ради концерта (толку стараться ради концерта, который все равно уже не спасти?), они делают это ради него. Слезы благодарности и признательности тонкими струйками потекли по щекам. Как же он их любил! Всех: и насмешника Тома, и «генератора» Маркуса, и «факела» Джона, и Ханзи, который все это дело спровоцировал.
Когда Маркус допел Mordred’a до конца, то понял – это предел его возможностей, он выложился весь и на большее его не хватит. И тогда Маркус, впервые за весь концерт, заговорил с залом:
- Ну, как настроение? – спросил он, про себя думая: дебил, ну что ты несешь?! Из толпы послышались крики, сначала редкие и робкие, потом более дружные и уверенные. - Я спрашиваю, как настроение? – закричал Маркус, постепенно овладевая ситуацией. Рев толпы был ему ответом. Маркус улыбнулся удаче и продолжил дискуссию:
- Может, хотите чего-нибудь «старого доброго»? Хотите вы Bard’s song или нет?
- Да!
- Не слышу, хотите или нет?
- Да!
- Я не слышу, да или нет?
- Да!
- Вы действительно хотите Песню Бардов?
- ДА!
- The Bard’s song! – объявил Маркус.
На этот раз петь не пришлось никому из самих бардов – за них, как это обычно бывает, пели фанаты. Сразу после этой надо давать Mirror и валить. Бежать, чтобы пятки сверкали, не церемониться. Без поклонов, исполнений «на бис» (боже, да кто такое попросит?!) и обещаний вернуться (тем более без обещаний вернуться!). Короче, выказать себя последними трусами. ДА НИ В ЖИЗНЬ! Чтобы Гвардейцы – и трусы?! Да не бывать такому! Никуда мы не побежим. Мы выйдем на поклон (нет, обещаний вернуться давать все же не будем) и изопьем эту чашу до дна. Казалось бы, зачем нам это надо? Мало позора? Недостаточно еще за сегодня поглумились над собой? Зачем мы выйдем, ПОЧЕМУ? Потому что мы – Blind Guardian, и мы не стыдимся ни себя, ни своих песен, ни своих выходок. «Жил и поступал так, как считал правильным». Так сказал Ханзи Кюрш. Так сказал «ГОЛОС». Так сказал Слепой Поводырь.
- Ну, ребят, как концерт прошел? – спросил Ханзи, приподнявшись на локте на своей больничной койке. – Ничего? Справились?
- Да куда там! – хохотнул Томен. – Все было по высшему разряду.
- А пел, а пел-то кто?
Ханзи, со своими горящими глазами, был сейчас похож на пришельца, только вступившего в новый мир и потрясенного тем, что небо синее.
- Андре, конечно. Кто же еще?
- Дааа. Жаль меня на вашем концерте не было, поглядел бы я на такое диво.
- А не волнуйся, поглядишь еще, - заверил приятеля Том. – Мы этот концерт широким тиражом издавать будем, премьера состоится по нашему возвращению в Крефельд, так же, как и первая трансляция Imaginations – в кинотеатре. Будь уверен, лента получится в твоем вкусе.
- Точно, - подтвердил Маркус. – Тебе понравится.
- Не сомневайся. Я уже сам сплю и увижу, как бы на такое со стороны посмотреть, - подвел итог Андре. – Кстати, знаешь, чья идея было это чудо на видео выпускать? - И гадать не берусь, - ответил Ханзи.
- Не поверишь – Джона…
Они сидели в одном ряду: Ханзи, Андре, Маркус, Томен и Джон. На премьере было много народу – ни одного свободного кресла. И только четверо из нескольких сотен хотя бы примерно представляли, что их ожидает. Им заранее было смешно, и они уже хохотали, как ненормальные, когда только еще погас свет в зале. На протяжении всего видео-концерта никто не проронил ни слова. Немцы были просто не в состоянии говорить, когда у них судорогой животы сводило и из глаз лилось целыми ведрами. Они еще за долго после окончания трансляции не могли в себя прийти. Ханзи, так вообще клялся, что Джону при жизни памятник поставит… где? Ну, в Японии, например.
- Блин, ребят, знал бы, что вы на такое способны, еще лет 15 назад бы на якудзо наехал! Такое шоу, такое шоу! Да вы ж гениальные люди! Андре, Маркус! А я еще, дурак, беспокоился, как вы там без меня, без солиста?! В общем, я, оказывается, совсем вам и не нужен, по большому-то счету.
- Ага, мы сначала думали, что ты нас убьешь, а потом – что мы тебя! Нам это вот шоу таких нервов стоило!
- Ой, да бросьте вы, - отмахнулся Ханзи. – Сами себя там, небось, накручивали!
- Вот я тебя на следующий концерт наряжу во фрак, суну в руки лидер и посмотрю, как ты там будешь себя накручивать! – осклабился Андрe.
- Я хоть кругов вокруг стойки микрофонной накручивать не буду, - подмигнул Хэн Маркусу.
- А вообще-то все клево было, - вставил свое слово Джон. На секунду повисло молчание, потом грохнули разом все пятеро, а Шaффер добавил: - Нет, честно!
- Вообще, люби с пюпитрами, нотными листами и гитарой на рок-концерте – это красиво… - улыбнулся Ханзи. – Действительно красиво.
- Ценитель! – хмыкнул Томен, - Хотя я не сомневаюсь, что энная настольгическая пластинка побьет все рейтинги продаж.
- Ну уж среди таких, как ты, точно! – не помедлил с ответом Маркус.
- Я, например, себе обязательно эту ленточку приобрету, если ты на это намекаешь, - тут же отозвался Ханзи и хлопнул Тома по плечу, обратившись к нему с риторическим вопросом: – Кстати, ты заметил, приятель, что таких, как мы, рок обходит стороной? - Господи, Ханзи! Неужели ты везде усматриваешь перст рока? Над всеми он, по-твоему, довлеет! Вот ему делать нечего – висеть над тобой и сыпать на голову какие-нибудь пакости! – насмешничал Маркус.
- А то нет?! – уверенно стоял на своем Ханзи. – Хотя, например, в случае Джона рок висел не «над», а под ним, да и на голову не сыпал, а…
- Слушай, заткнись, а! – совершенно беззлобно треснул Хэну по шее Шaффер.
- А что, парень дело говорит, - внезапно принял Андре позицию Ханзи. - Разве нет? – вопрос был обращен к Тому, и тот вздрогнул, припомнив их разговор после Secret’а. - Нет, ребята, хотите верьте, хотите – нет, но что-то такое там было.
Изумился даже Ханзи: уж от кого – от кого, а от Томена он понимания никак не ожидал! Андрe незаметно улыбнулся, уж ему-то хорошо было известно, что такое рок, и какие пакости порою тот сыпет на голову…
written by Morgoth
- Ты пришел на репетицию с водкой? – вознегодовал Андрe.
- Нет, на пьянку с барабанами, - огрызнулся ударник.
- Что за водка-то хоть? – полюбопытствовал Маркус, не отрывая взгляда от своей гитары и любовно проводя пальцами по струнам.
- Русская, - довольно пробурчал Томен, Маркус и думать забыл об инструменте. – «Зверобой».
- Русская? Да где ты такое сокровище раздобыл?
- Хэн дал, в качестве стимулятора, и еще сказал: «Жалко, что все так вышло, я б ее вами распил. Но вы, главное, не теряйтесь, у вас все и без меня получится, не совсем, правда, представляю – как».
- Шутник, - засмеялся Андрe. – Действительно, как же мы без него целую бутылку осилим?
- Бутылку-то, может, как-нибудь без него и осилим, но вот как мы концерт без него отыграем – это вопрос…
От неожиданности Маркус выронил гитару, Андрэ недоверчиво посмотрел сначала на водку, потом на Томена.
- У тебя, конечно, и так с фантазией проблем немного, но стоит тебе выпить…
- Не пил я, - обиженно буркнул Томен и тяжело опустился на диван рядом с ним. – И вообще у нас проблема: Хэн что-то с этими якудзо не поделил.
Андре подскочил, словно прямо под ним из дивана пружина на свет божий вырвалась, но Томен, как бы между делом схватив гитариста за руку, рывком усадил его на место.
- Нет, убить-то они его, слава богу, не убили, - Том заметил, как разгладилось лицо Андре, - Но погнули основательно. Короче, на концерте придется как-то без него справляться…
- Томен, друг мой, - ласково начал Андре. – Пробовал ли ты когда-нибудь представить Grave Digger без Болтендаля, Nightwish без Турунен или Gamma Ray без Хансена?
- Нет, - честно признался Томен.
- А Blind Guardian без Кюрша ты себе, твою матерь, значит, представляешь? – заорал Андре.
- Не больше, чем Demons & Wizards без Хэна, - отозвался Том, словно Кюрш и Хэн были людьми, мало связанными друг с другом.
- Пошути-пошути у меня, пока мир не увидел первого в своем роде поющего ударника, - небрежно бросил Андре, предательски дрожащей рукой приглаживая волосы на голове.
- Может, отменим? – срывающимся голосом предложил Маркус, очень неудачно попытавшийся представить Гвардию без Кюрша или Демонов без Хэна, черт, - одернул он себя, - это же одно и тоже!
- Нет, - твердо ответил Андре, - Мы не в Германии, не среди соотечественников, которые поймут и простят, да и то - не сразу и не всё. Когда снимаешь стадион в Токио, и он оказывается заполненным до отказа, то об отмене концерта не может быть и речи. Мы с японцами за всю жизнь не расплатимся!
- Но они же наши друзья! – взвизгнул Маркус.
- Все 20 тысяч? – иронично улыбнулся Андре. – Нет, ребятки, играть, однозначно, надо; теперь давайте решать – как.
- Может выйти на сцену и заявить: «Мы вот сейчас быстренько сыграем, а кто слова знает…», короче, пусть берут уроки хорового пения. Еще можно выпустить на сцену какого-нибудь длинноволосого, пузатенького японца и сказать его соотечественникам, что Ханзи кто-то напугал сильно, когда он спьяну их пародировать начал…
- По-моему, ты все-таки выпил, - вставил свое веское слово Андре.
- Да брось, он всегда такой, - махнул рукой Маркус, - А насчет его предложения… Боюсь, японцы не оценят… Поймут как-нибудь не так, потом с Хэном на соседних койках валяться будем.
- Концерт через 2 дня, - обреченно вздохнул Андре, - А у нас петь некому!
- Я не могу, - тут же среагировал Томен, - Не воодушевило меня твое предложение стать первым в мире поющим ударником.
- Я тоже, - развел руками Маркус.
- Ты же не ударник!
- Да, и еще не поющий, – добавил ритм гитарист. – Ну не могу же я, в конце концов, быть и вокалом и бэк-вокалом одновременно!
- Андре… - протянул Том, и 2 находчивые головы повернулись в сторону третьей, менее находчивой.
- Ну уж нет! Я что же, крайний, что ли?
- Нет, ты просто неудачливый, - ободрил его Том.
- Так, допустим, но я не смогу петь и играть одновременно.
- Почему? – удивился Маркус, - Вон Чед Лошадиная Морда из Nickelback, например, может.
- Да он так поет и играет, что… пожалуй, я свое мнение лучше при себе оставлю… – решил обойтись без крепких выражений Андре.
- Хэн когда-то совмещал бас и вокал, - не унимался Маркус.
- Ага, точно так же, как Чед – вокал и лидер, - хохотнул Том, - То-то он бас этот Оливеру всучил.
- Вот пусть тогда Оливер и поет, - нашел выход Маркус.
- Да, а Ханзи тряхнет стариной прямо из больницы, перебирая струны сломанными пальцами. Уймись, генератор идей, знаю я, что Оливер и играть и петь может, только пока я жив, не гвардеец за микрофон не встанет. Думаю, вопрос о кандидатуре клавишника отпадает сам собой.
- Ладно, кончайте спорить, все равно к одному итогу придете – петь меня заставите, - унял согруппников Андре.
- Хорошо, солиста мы нашли, осталось найти нового лидер-гитариста, - подвел начальный итог Томен.
- Думаю, его мы тоже уже нашли, - подал голос «генератор идей»; Том и Андре вопросительно посмотрели на Маркуса. – Играть будет Шаффер.
У Джона день не заладился с самого утра, всем каждую минуту необходимо было подоставать уже ополоумевшего от такого внимания гитариста. И стоило ему наконец избавиться от назойливой заботы домочадцев, порадоваться снизошедшей до него тишине, как вдруг прямо под ухом у него загорланил телефон. Кляня технику и всех, кто ее изобрел вместе с теми, кто ей пользуется, Шаффер снял трубку.
- Чего надо? – совершенно недружелюбно поинтересовался музыкант о цели звонка у человека на другом конце провода.
- Джонни, не грусти, приезжай к нам в Токио, у меня русская водка есть!
- «Токио» – это ресторан такой? – попытался припомнить Шаффер.
- Нет, осел, это город в Японии! Слышал о таком?
- Сейчас ты со своей Японией отправишься знаешь куда? Что тебе надо и кто ты вообще такой?!
- Я Том, дубинушка!
- Какой еще Том-дубинушка? – не понял Джон.
- Коротка же память у гитаристов! Вот я всегда говорил… - Хватит нести чушь!
- Нет, «хватит нести чушь» всегда говорили мне, а я говорил…
- Послушай, родной, - оборвал дубинушку Джон, - Давай-ка ближе к делу, потому что мне, видишь ли, плевать, что там ты говорил и что тебе там же отвечали – мне тоже все равно, так что давай выкладывай, зачем звонишь и убирайся с линии.
- Так значит, быстро очистил гитару от плесени и бегом в Токио!
- Зачем?
- Ты тупой, парень? Если я сказал, что тебе надо в Токио, значит, тебе надо в Токио.
- Но мне не надо…
- Так, я сказал!
- А что мне там делать?
- Играть, разумеется, или ты еще и фокусы показываешь?
- Высказался? – рявкнул Джон.
- Нет, - признался Томен.
- Плевал я!
- Надеюсь, не в колодец, - сострил оппонент.
- Слушай, ты мне еще хоть слово поперек скажешь…
- А вдоль? – не унимался Том.
- Парень, ты что, правда клоун?
- А ты правда фокусы показываешь?
Шеффер рассмеялся.
- Нет, ну ей-богу, приятель, ты мне нравишься! – признался Джон.
- А водка русская тебе нравится?
- Еще больше, - откровения так и начали сыпаться из гитариста.
- А Япония?
- Ладно тебе, посмеялись и хватит, чего тебе все-таки от меня надо?
- Послушай, Джон, - неожиданно серьезно ответил Том. – У нас тут небольшая, ну, в том смысле, что очень большая проблема… В общем, мы были бы тебе очень признательны, если бы ты сегодняшним самолетом вылетел в Токио. Я тебе деньги за билеты сразу, как ты приедешь, верну.
- Не сомневаюсь в этом. Но можно поподробнее, кто такие «мы» и что там у вас случилось?
- Мы – это Blind Guardian.
- Томен, старина! – узнал наконец Джон, - Как поживаешь?
- Парень, кончай бабушку лохматить, я же сказал, что плохо!
- Слушай, я уже битый час пытаюсь у тебя выпытать, что случилось!
Когда Томен наконец изложил Шафферу суть дела, тот немного прибалдел.
- Я что-то не понял, вы хотите, чтобы я пел вместо Ханзи? - Да не приведи господь! – вырвалось у Тома, - Ты на лидер нужен!
- А Андре вы куда?
- Андре поет.
- ВОТ ЭТО НОМЕР!
- 13 песен за сутки ты, конечно, не выучишь, - Томен оставил реплику Джона без внимания и продолжил излагать проблему. – Но на этот счет пара задумок у меня есть. Так ты приедешь?
В ответ тишина.
- Хэн бы приехал.
- Ни секунды в этом не сомневаюсь! – рассмеялся Шаффер, - Ему только предложи, он за всех споет!
- Это не предложение, это просьба.
- Хорошо, уговорил, - согласился наконец Джон. – Кстати, что ты там говорил про водку?
Мрак. Глаза не могут различить ничего, зато уши вбирают крики толпы, и сердце трепещет. Интро близится к концу, скоро софиты осветят сцену… Ой, что тогда начнется?! Андре боялся себе это даже представить; он, стоя перед микрофоном без гитары, чувствовал себя не то, что неловко, он себя вообще идиотом чувствовал! Андре уже был готов стать должным пару миллионов японским любителям тяжелой музыки, лишь бы не позориться, лишь бы не петь! А еще эта ненормальная задумка Шаффера с их сценическим образом! И как все на это согласились? Да как такое вообще могло кому-либо в голову прийти?! И вот постепенно начали стихать звуки интро, тогда как гул толпы, словно вбирая в себя последние аккорды первой композиции, нарастал с каждой долей секунды все сильнее и наконец заглушил увядающую мелодию. Сейчас загорится свет и озарит безобразие на сцене… Толпа ревет, жаждет шоу. Толпа получит шоу, да такое, что долго еще не будет сходить с их уст и навсегда останется в их душах…
Вада стоял далеко не рядом со сценой, хотя и имел возможность пребывать в первых рядах. Вада любил быть в центре толпы, любил чувствовать себя ее частью, любил ощущать, как сердце его бьется в унисон с сердцами его друзей (хотя он не знал даже, как зовут его ближайших соседей), ибо другом он почитал каждого, кто сегодня делил с ним его восторг, его возбуждение, его беспредельное счастье от пребывания здесь, на этом концерте. Вада знал лично всех Гвардейцев и безгранично ценил их дружбу, продолжавшуюся уже более 10 лет, и не пропускал ни одного концерта со времен первого посещения Блайндов Японии. Вада знал, что ничего особо нового он на этом концерте, как и на всех предыдущих, не увидит, но почему-то сердце его трепетало, словно ему предстояло наблюдать это действо впервые. Закончилось интро, Вада кричал вместе со всеми, но сердце его замерло в ожидании чуда. Вспыхнул свет, ослепительный после нескольких минут, проведенных в полной темноте, и залил собой сцену. Томен ударил в бочки, и по много лет назад утвердившейся системе зал должен был взреветь… Нет, зал, конечно, ревел, пока не рассмотрел то, что скрывала от него темнота. Он ревел и в первые секунды озарения, пока до него доходила обстановка на сцене. А потом не ревел уже никто… Японцы стояли, потрясенные, не в силах сообразить, что такое происходит и куда они вообще попали. Вада был в шоке. Кто сказал, что он не увидит ничего решительно нового? Рот его, как и глаза секундой ранее, широко открылся, но не для того, чтобы закричать приветствие, ибо от изумления он не мог произвести ни звука.
В центре сцены стоял Андре БЕЗ гитары, но с… ПЮПИТРОМ! Справа (то есть на том месте, где, по-хорошему, тот самый Андре и должен был находится) стоял… стоял… Вада тщетно пытался припомнить, где он видел этого человека, но сейчас в голове у него творился такой сумбур, что вытянуть из нее какую-нибудь осознанную мысль просто не представлялось возможным. Кстати, гитарист этот тоже стоял с пюпитром, как и новый солист Blind Guardian. Слева от Андре играл (слава богу, играл, и, слава богу, на своем инструменте) Маркус, позади за стойкой восседал Томен, с ним, хвала Всевышнему, тоже особо никаких изменений не приключилось, хотя… Одно кардинальное изменение претерпели все Гвардейцы. Ни на ком из них не было привычных зрителю футболок и джинс, все как один были… во фраках (та самая задумка Шеффера насчет сценического образа). В принципе, учитывая наличие пюпитров, наличие фраков уже не казалось чем-то из ряда вон. Но концерт только начался, и небывалый состав, и непривычная одежда вскоре престали так шокировать фанатов, как то, что начало твориться на сцене…
Следующей после интро шла Into the storm, и Маркус приготовился к самому худшему. Нет, в себе-то он не сомневался, но в Андре… Маркус мог поклясться, что так сильно не волновался даже на своем первом концерте! Слава богу, игра его была уже доведена до автоматизма и не требовала сосредоточения и полной концентрации внимания, ибо сейчас последним, что крутилось сейчас в голове гитариста, были мысли о его инструменте. Никогда в зале еще не было так тихо, зрители кричали даже тогда, когда попадали на их выступления впервые, да и когда сами музыканты были еще юны и безызвестны; теперь же единственным, кто открывал рот, был Андре. Господи, и лучше бы он этого не делал! От страха и волнения голос его дрожал и казался каким-то… Маркус даже не мог описать, каким именно, но то, что не таким, как надо, он не сомневался. Ханзи, я убью тебя! – думал гитарист. – И Андрe убьет! Если сам до этого с разрывом сердца не ляжет…
Томену было неуютно за стойкой; он хотел выкинуть палочки, взять Андре под руку и увести куда-нибудь подальше отсюда. И довершить начатое якудзо. Берегись, Ханзи Кюрш, несладко тебе придется, если этот кошмар когда-нибудь кончится! Из-за своей стойки Томен видел, как подрагивают плечи Андре, на которые они всей группой взвалили такую ответственность. Называй вещи своими именами, - одернул себя Том. – Вы просто нашли козла отпущения! Ох и твою мать, надо было отменять этот чертом долбанный концерт!
Первая половина песни позади. У Андрe появился шанс перевести дух и собраться с мыслями. Хотя какие, к черту, мысли, все идет из рук вон плохо! Пробубнить себе под нос полпесни, это ли то, что от него требовалось? Надо брать себя в руки, и немедленно! Расправить плечи, глубоко вздохнуть… Матерь божья, ну не в микрофон же! Андрe залился краской, когда из динамиков вырвался его с шумом выпущенный из легких выдох. Андрe заглянул в нотную тетрадь: господи, только не это! – промелькнуло у него в голове, и гитарист вновь приступил к пению. Сначала голос так же трясся, как и за соло до этого, но потом он более-менее окреп и перестал, наконец, дрожать. Маленькая победа. Вдохновленный ею, Андрe набирал обороты и под конец уже мог похвастаться относительно божеской манерой исполнения. Песня подошла к концу, и, по-хорошему, Андрe должен был пообщаться с залом; но что сказать-то, когда язык к небу прилип? И несчастный певец ограничился объявлением следующей композиции.
Вторая песня пошла лучше: Андрe вошел во вкус, публика разогрелась и решила подсобить бывшему гитаристу. Кстати, в отличие от Андрe, Джон чувствовал себя абсолютно счастливым: играл он хорошо, все ему удавалось; в общем, с ролью своей он справлялся как нельзя лучше. Маркус и Томен тоже немного успокоились и уверовали, что все самое страшное уже позади…
Рок настиг Гвардейцев на третьей песне. Настиг, и больше не отпускал.
А третьей была Lost in the twilight hall. Вошедший в голос Андре перестал как-то реагировать на происходящее и замечать что-либо, кроме нотного листа, с которого он с трудом успевал считывать текст. Когда Андре подошел к самому тяжелому, на его взгляд, месту (то есть самому быстрому речитативу, который в студии делили Ханзи с Каем), кончилась страница, и ее требовалось в темпе перевернуть, но, как говорится, поспешишь… Слипшимися от нервного пота пальцами Андре, спеша поскорее перевернуть страничку, хватил лишка и перелистнул две. И почему-то резкая смена темы и нот его ничуть не смутила, в отличие от его согруппников…
Where’s the key
To the gate
Of a new life – no
I search for deliverance
And spilled the first blood
When the old king was slain
Nightfall…
У Маркуса отвисла челюсть. Какой, к черту, Nightfall? Что Андрe делает? Неужели не чувствует, что немного в ноты не попадает? Вдруг Маркуса осенило: ну конечно, ноты! Он текст перелистнул!
- Андрe! Ты, мать твою, не то поешь! Страницу назад!
Маркус не посчитался с микрофоном, который разнес восклицание гитариста по всему залу (плевать, все равно японцы немецкого не понимают), а до Андрe уже медленно начинало доходить, что что-то он делает неправильно. Он, вроде, по нотам поет, но в них почему-то не попадает… Это я дурак, или лыжи не едут? – подумал Андрe за секунду до того, как Маркус изложил ему суть проблемы, а потом все встало на свои места:
Immortal land lies down in agony
How long shall we
Lost in the twilight hall…
Ну, что ж, - подумал Андрe. – Вот мы и Nightfall исполнили, можно на нем не останавливаться, сразу к пятой песне переходить. Кстати, что у нас там пятое?
Но проскочить Nightfall Андрe все же не удалось, ибо остальные Гвардейцы не посчитали это возможным. Да, можно сократить концерт на 5 песен (и исполнить 13 вместо 18), но еще и гимны из него выкидывать! Нет, так дело не пойдет! В общем, не испросив мнения Андрe, сразу после Hall’a группа заиграла Nightfall. На сцену опустился мрак, задули ледяные ветра (ну кто, что б им пусто было, додумался вентиляторы прямо у артистов за спинами расположить?!)… и сдули все нотные листы с пюпитра Андре, который, в отличие от Джона, не догадался их закрепить. И когда сцену вновь осветили софиты и настало время к музыке добавить слова, зрители узрели Андре, ползающего раком в своем фраке по полу и собирающего разлетевшиеся по всему диаметру сцены листочки.
Томен рыдал за барабанами. За все свои 30 лет он ни разу ничего подобного не видел (и не сомневался, что 99% людей такого и за 100 лет бы не наблюдали), и Томен хохотал до слез, с трудом поспевая стучать в такт гитарам. Господи, как же повезло этим людям! – думал Том, наблюдая за пораскрывавшими рты от изумления японцами. – Да за лицезрение такого шоу народ бы полжизни отдал и все свои деньги в придачу! А японцы ну просто не врубаются! Эх, были бы мы сейчас где-нибудь на юге, нам бы такой аншлаг устроили! Народ бы с ног валился! Спасибо, Хэн, увижу – расцелую!
А тем временем Андре уже почти дособирал листочки, но и песня подходила к концу; и когда горе-певец наконец поднялся с колен, музыка стихла, и Андре сделал такое, до чего ни один нормальный человек в здравом уме не додумался бы…
Маркус, окончив играть песню, не мог не испустить вздох облегчения: слава богу, конец! И Андрe даже петь не пришлось! Маркус уже хотел было начать следующую композицию, как вдруг случилось непредвиденное: Андре встал посреди сцены и заголосил Nightfall, вытянув перед собой листочки… В общем, всю песню Андре проорал в полной тишине. Толпа должна была рыдать от такого шоу, но японцы… они и есть японцы.
Welcome to dying была пятой. Она была несложной для вокального исполнения, да и Джон за нее очень просил. Кстати, самому Джону концерт очень нравился, он бы даже назвал его забавным, если бы рок не коснулся его… На Welcome Шаффер среагировал положительно, пожалуй, даже слишком: он подпрыгивал, крутился на месте, тряс своей объемистой шевелюрой и уверенно размахивал гитарой. И домахался… В одном таком красивом прыжке Джон с разворота снес пюпитр, который с грохотом дался о сцену; не успев остановиться, Шаффер случайно – но очень эффектно – пнул этот самый пюпитр, и тот улетел в зал, чуть не убив злополучных японцев. Скрепленные прищепками листы с нотами остались лежать у ног каскадера, и Джон (когда песня уже закончилась, ибо ее знал и без всяких нотных станов) водрузил их в некую чашу, о назначении которой он не догадывался, и его ничуть не смутили дырочки вдоль ее диаметра, а подъемчик в ее центре (с дырочкой побольше) Джон использовал как подставку.
Следующим номером программы была Valhalla. Мания «сценического прыжка» охватила Маркуса, и он очень зря решил сделать круг вокруг микрофонной стойки (ибо рок навис и над ним). Гитарист не заметил, как провод, точно змея, обвился вокруг его голени, и, дав очередной кружок, Маркус, наконец, занял свое законное место напротив микрофона и на какое-то время перестал вытанцовывать (потому что надо было выходить на лидер вместе с Андре – тьфу ты, с Джоном! – и на «сцен. прыг.» просто не оставалось времени). Но провод оказался не менее коварен, нежели змей, и вскоре показал своей жертве, чьи шишки в лесу. Во время очередного припева Маркуса снова одолела пагубная мания, но плясать вокруг стойки, словно ведьма вокруг костра, не пришлось… просто Маркус не смог до этого допрыгаться, ибо стоило ему сделать один рывок, как провод впился в голень – ловушка захлопнулась. Под дружное «Valhalla – Deliverance» Маркус, с шумом выпустив воздух из легких, грохнулся оземь в обнимку со стойкой, поцеловав микрофон. Ну что ж у нас все валится?! – недоумевал гитарист, выползая из-под стойки и не подозревая, что серию падений завершит не он и даже не его стойка.
Номер 7 – A past and future secret – стал апогеем рокового невезения. Сначала зал и сцена погрузились в мягкий полумрак, создаваемый нежным, словно постепенно увядающим, светом софитов. При таком плохом освещении Джон не мог разглядеть нот и потому практически носом уткнулся в листовки, сунув голову в чашу неизвестного значения. Но Судьба распорядилась так, что уже очень скоро назначение данного сосуда стало очевидным. На каждом концерте во время исполнения Secret’a Гвардейцы использовали пироэффекты. Джон этого не знал. Или знал, но просто не предавал значения. И стоило только Андрe открыть рот, пропеть одно лишь «Oh», как из чаш вырвалось пламя. Сначала Джон почувствовал лишь резь в глазах от внезапного всполоха во мраке, потом в лицо ему ударил сноп искр, и запахло паленой бумагой. Нотные листы вспыхнули, опалив лицо гитариста, и Шaффер отшатнулся от пылающей чаши, но поздно: длинные волосы его вспыхнули, словно солома. Джон словно обезумел: истошно вопя, он, закрыв лицо руками и полностью утратив ориентацию, бегал по сцене, пару раз чуть не снеся томеновых барабанов. Голова Шaффера напоминала нечто среднее между факелом и чашей, из которой он не успел вовремя вытянуть свою репку. Если бы Том не был так обеспокоен за судьбу своих барабанов, он бы, скорей всего, похохотал от души, но полностью дезориентировавшийся Джон представлял реальную угрозу для его техники, и потому ударнику было не до смеха. Андрe, как мог, старался не замечать бушующего вокруг «чуда пиротехники» и пел себе дальше песню про Артура, но никто в этом мире не любит страдать в одиночку: Джон (у которого, конечно, и в мыслях не было – ибо в мыслях у него вообще ничего не было – вредить кому-то еще, кроме себя (а себе он навредил как мог), поддев одной ногой провод, второй наступил на него и вырвал из розетки. А провод этот соединял микрофон Андрe с динамиками… Точнее, раньше соединял… Маркус, удивившись тому, как внезапно замолчал на полуслове Андрe, обернулся в его сторону. Как раз вовремя для того, чтобы увидеть мчащуюся на него стихию. Ибо Джон, споткнувшись о провод, утратил еще и равновесие и с разлету вписался в Маркуса, сбив того с ног. Теперь единственным, что слышали зрители, был зеркальный звук колышущихся под палочками Томена тарелочек. А Андрe все продолжал петь в неработающий микрофон, и походил он больше на рыбу, открывающую рот, но не издающую ни звука, нежели на разумное млекопитающее. Андрe понял, что снова попал впросак, лишь когда Томен достучал песню до конца. И это было последней каплей. Чуть не со слезами на глазах Андрe нервной поступью дошел до Тома и срывающимся голосом запричитал:
- Господи, за что ты меня проклял?!
- Тише, Андре, - голосом, которым обычно успокаивают нервнобольных и психически неуравновешенных, начал Томен. – Я знаю – ты устал, но и ты знай – я не Господи. Правда за правду, договорились?
И тут Андре сорвался окончательно. Он крыл благим – и не слишком – матом все: и окосевших от тупости японцев, и умственно недалекого Шаффера (которому на каждой спичке надо писать «огнеопасно»), и Оливера бритостиженного (интересно, а он что сделал не так? И при чем там его безволосое состояние головы? Или Андрe это в память о Джоне?), и многих-многих других (в том числе и Шрёдера)…
- Тебе, наверно, не говорили, - веско заметил Томен, когда, казалось бы неиссякаемый поток слов, бьющий из глотки Андре, наконец все-таки иссяк. – Что у меня – ты не поверишь! – все микрофоны в порядке.
- Что, все 3? – словно дурачок скосил глаза Андре.
- Парень, ты, случаем, пока там раком по сцене ползал, головой ни обо что твердое не ударялся? Об пол, например?
Андре нервно пожал плечами, сейчас он действительно напоминал глубоко душевнобольного человека.
- Слушай, ты еще подебильней вид не можешь сделать? – продолжал глумиться Томен, не со зла на неотупевающего друга, а по той же причине, по которой сам Андре теперь не мог выдать ничего вразумительного, - ударник изо всех сил боролся с паникой, но где-то в глубине сознания уже начинал понимать, что битва эта проиграна.
- Может, отменим? – словно во сне прошептал Андре.
И тут пришел конец словно черной магией навеянному оцепенению, сковывающему мозг и чувства Томена, и ударник расхохотался, громко и заразительно. Мгновение спустя к нему присоединился Андре, также избавившийся от наваждения.
- А плевал я на все! Меня вообще все радует, клевый концерт, а, Том? Такой, что на всю жизнь!
- Ага, - согласился Томен. – И не только на нашу. Ладно, иди вилку в розетку втыкай и петь вали, ты еще и до середины концерта на добрался, а уже печать ставишь!
- Да мы эту печать еще за два дня до концерта поставили, когда ты нам водку притащил со словами…
- Так, давай иди-иди, - подтолкнул Томен вновь разговорившегося приятеля. – Иди пой, потом все подробно расскажешь, кто там чего говорил…
- Так это ж ты говорил! – не унимался Андре.
- И что я говорил, и что ты говорил – все расскажешь, а теперь иди, парень, пой.
- Нет, ну ведь клевый концерт, а?
- ВАЛИ ОТСЮДА, МАТЬ ТВОЮ, НЕДОДЕЛОК!
И, со светом в душе и легкостью на сердце, Андре вновь занял свою (после всего пережитого, однозначно, свою!) позицию вокалиста Blind Guardian. Оклемавшиеся Маркус и Джон (волосы которого стали значительно короче) тоже заняли свои места, и концерт продолжился. Но кто сказал, что на этом испытания Гвардейцев окончились?
Восьмой поставили Mordred’s song. Андре знал текст любимой песни и легко мог исполнить ее и без посторонней (нотной) помощи, и потому отдал свой нотный лист Джону, который явственно в нем нуждался. И все вроде ничего, только пережитые волнения вскоре дали о себе знать: примерно на середине песни Андрэ подчистую лишился голоса, то есть если он и раньше им не блистал, то теперь утерял его вовсе, и ничего, кроме нечленораздельного хрипения, выдать не мог. Вот и приехали – пронеслось в голове каждого Гвардейца. Но Маркус слишком много вытерпел, чтобы теперь, когда все, казалось бы, пошло на лад, опустить руки. Он подошел поближе к микрофону и… запел. Сам. Не слишком красиво и умело, но было видно, что в это пение он вкладывает все, что только может вложить бард в свою музыку: глубину чувств, полет мысли, силу духа и трепетность души. Если Маркус вдруг забывал текст, ему на помощь приходил Джон, словно исполняя роль бэк-вокалиста. Андре был поражен до глубины души, он знал (ибо так шептало ему внутренний голос), что Маркус и Джон делают это не ради концерта (толку стараться ради концерта, который все равно уже не спасти?), они делают это ради него. Слезы благодарности и признательности тонкими струйками потекли по щекам. Как же он их любил! Всех: и насмешника Тома, и «генератора» Маркуса, и «факела» Джона, и Ханзи, который все это дело спровоцировал.
Когда Маркус допел Mordred’a до конца, то понял – это предел его возможностей, он выложился весь и на большее его не хватит. И тогда Маркус, впервые за весь концерт, заговорил с залом:
- Ну, как настроение? – спросил он, про себя думая: дебил, ну что ты несешь?! Из толпы послышались крики, сначала редкие и робкие, потом более дружные и уверенные. - Я спрашиваю, как настроение? – закричал Маркус, постепенно овладевая ситуацией. Рев толпы был ему ответом. Маркус улыбнулся удаче и продолжил дискуссию:
- Может, хотите чего-нибудь «старого доброго»? Хотите вы Bard’s song или нет?
- Да!
- Не слышу, хотите или нет?
- Да!
- Я не слышу, да или нет?
- Да!
- Вы действительно хотите Песню Бардов?
- ДА!
- The Bard’s song! – объявил Маркус.
На этот раз петь не пришлось никому из самих бардов – за них, как это обычно бывает, пели фанаты. Сразу после этой надо давать Mirror и валить. Бежать, чтобы пятки сверкали, не церемониться. Без поклонов, исполнений «на бис» (боже, да кто такое попросит?!) и обещаний вернуться (тем более без обещаний вернуться!). Короче, выказать себя последними трусами. ДА НИ В ЖИЗНЬ! Чтобы Гвардейцы – и трусы?! Да не бывать такому! Никуда мы не побежим. Мы выйдем на поклон (нет, обещаний вернуться давать все же не будем) и изопьем эту чашу до дна. Казалось бы, зачем нам это надо? Мало позора? Недостаточно еще за сегодня поглумились над собой? Зачем мы выйдем, ПОЧЕМУ? Потому что мы – Blind Guardian, и мы не стыдимся ни себя, ни своих песен, ни своих выходок. «Жил и поступал так, как считал правильным». Так сказал Ханзи Кюрш. Так сказал «ГОЛОС». Так сказал Слепой Поводырь.
- Ну, ребят, как концерт прошел? – спросил Ханзи, приподнявшись на локте на своей больничной койке. – Ничего? Справились?
- Да куда там! – хохотнул Томен. – Все было по высшему разряду.
- А пел, а пел-то кто?
Ханзи, со своими горящими глазами, был сейчас похож на пришельца, только вступившего в новый мир и потрясенного тем, что небо синее.
- Андре, конечно. Кто же еще?
- Дааа. Жаль меня на вашем концерте не было, поглядел бы я на такое диво.
- А не волнуйся, поглядишь еще, - заверил приятеля Том. – Мы этот концерт широким тиражом издавать будем, премьера состоится по нашему возвращению в Крефельд, так же, как и первая трансляция Imaginations – в кинотеатре. Будь уверен, лента получится в твоем вкусе.
- Точно, - подтвердил Маркус. – Тебе понравится.
- Не сомневайся. Я уже сам сплю и увижу, как бы на такое со стороны посмотреть, - подвел итог Андре. – Кстати, знаешь, чья идея было это чудо на видео выпускать? - И гадать не берусь, - ответил Ханзи.
- Не поверишь – Джона…
Они сидели в одном ряду: Ханзи, Андре, Маркус, Томен и Джон. На премьере было много народу – ни одного свободного кресла. И только четверо из нескольких сотен хотя бы примерно представляли, что их ожидает. Им заранее было смешно, и они уже хохотали, как ненормальные, когда только еще погас свет в зале. На протяжении всего видео-концерта никто не проронил ни слова. Немцы были просто не в состоянии говорить, когда у них судорогой животы сводило и из глаз лилось целыми ведрами. Они еще за долго после окончания трансляции не могли в себя прийти. Ханзи, так вообще клялся, что Джону при жизни памятник поставит… где? Ну, в Японии, например.
- Блин, ребят, знал бы, что вы на такое способны, еще лет 15 назад бы на якудзо наехал! Такое шоу, такое шоу! Да вы ж гениальные люди! Андре, Маркус! А я еще, дурак, беспокоился, как вы там без меня, без солиста?! В общем, я, оказывается, совсем вам и не нужен, по большому-то счету.
- Ага, мы сначала думали, что ты нас убьешь, а потом – что мы тебя! Нам это вот шоу таких нервов стоило!
- Ой, да бросьте вы, - отмахнулся Ханзи. – Сами себя там, небось, накручивали!
- Вот я тебя на следующий концерт наряжу во фрак, суну в руки лидер и посмотрю, как ты там будешь себя накручивать! – осклабился Андрe.
- Я хоть кругов вокруг стойки микрофонной накручивать не буду, - подмигнул Хэн Маркусу.
- А вообще-то все клево было, - вставил свое слово Джон. На секунду повисло молчание, потом грохнули разом все пятеро, а Шaффер добавил: - Нет, честно!
- Вообще, люби с пюпитрами, нотными листами и гитарой на рок-концерте – это красиво… - улыбнулся Ханзи. – Действительно красиво.
- Ценитель! – хмыкнул Томен, - Хотя я не сомневаюсь, что энная настольгическая пластинка побьет все рейтинги продаж.
- Ну уж среди таких, как ты, точно! – не помедлил с ответом Маркус.
- Я, например, себе обязательно эту ленточку приобрету, если ты на это намекаешь, - тут же отозвался Ханзи и хлопнул Тома по плечу, обратившись к нему с риторическим вопросом: – Кстати, ты заметил, приятель, что таких, как мы, рок обходит стороной? - Господи, Ханзи! Неужели ты везде усматриваешь перст рока? Над всеми он, по-твоему, довлеет! Вот ему делать нечего – висеть над тобой и сыпать на голову какие-нибудь пакости! – насмешничал Маркус.
- А то нет?! – уверенно стоял на своем Ханзи. – Хотя, например, в случае Джона рок висел не «над», а под ним, да и на голову не сыпал, а…
- Слушай, заткнись, а! – совершенно беззлобно треснул Хэну по шее Шaффер.
- А что, парень дело говорит, - внезапно принял Андре позицию Ханзи. - Разве нет? – вопрос был обращен к Тому, и тот вздрогнул, припомнив их разговор после Secret’а. - Нет, ребята, хотите верьте, хотите – нет, но что-то такое там было.
Изумился даже Ханзи: уж от кого – от кого, а от Томена он понимания никак не ожидал! Андрe незаметно улыбнулся, уж ему-то хорошо было известно, что такое рок, и какие пакости порою тот сыпет на голову…
written by Morgoth
Автор: Leper_Messiah
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось
Автор: Leper_Messiah
Тема: Re: Hammersound Fest. Отчёт о том, во что это вылилось








