Февраль был веселым и вкусным,
Застолье сменялось застольем,
Застолье сменялось застольем,
Спиртное лилось, как вода,
Но сквозь хоровое искусство,
Под утренней кружкой рассола
Под утренней кружкой рассола
Пятном проступила беда.
Припев.
Собака ждала свою кость,
Вот гости доели фуа-гра,
Собака схватила хозяйскую ногу,
Собака по кличке Подагра.
Селедка под шубой и с луком,
Соленый, хрустящий огурчик
Соленый, хрустящий огурчик
И тост, восхваляющий стол,
Ведет это к праведным мукам
На самокатающий стульчик,
На самокатающий стульчик,
И к палке, стучащей об пол.
Припев.
Соблазны, сплошные соблазны,
С рождения и до могилы,
С рождения и до могилы,
За нами несутся толпой,
Красивы и разнообразны,
Всегда притягательно милы
Всегда притягательно милы
Мы их называем едой.
Прирев.
Собака ждала свою кость,
Вот гости доели фуа-гра,
Собака схватила хозяйскую ногу,
Собака по кличке Подагра.

Застолье сменялось застольем,
Застолье сменялось застольем,
Спиртное лилось, как вода,
Но сквозь хоровое искусство,
Под утренней кружкой рассола
Под утренней кружкой рассола
Пятном проступила беда.
Припев.
Собака ждала свою кость,
Вот гости доели фуа-гра,
Собака схватила хозяйскую ногу,
Собака по кличке Подагра.
Селедка под шубой и с луком,
Соленый, хрустящий огурчик
Соленый, хрустящий огурчик
И тост, восхваляющий стол,
Ведет это к праведным мукам
На самокатающий стульчик,
На самокатающий стульчик,
И к палке, стучащей об пол.
Припев.
Соблазны, сплошные соблазны,
С рождения и до могилы,
С рождения и до могилы,
За нами несутся толпой,
Красивы и разнообразны,
Всегда притягательно милы
Всегда притягательно милы
Мы их называем едой.
Прирев.
Собака ждала свою кость,
Вот гости доели фуа-гра,
Собака схватила хозяйскую ногу,
Собака по кличке Подагра.

